– Однажды, когда я открыл окно и позвал их, они сразу же пришли. Я протянул руку, чтобы коснуться лица матери, как делал всегда, и она начала облизывать мои пальцы. Когда они увидели, что у меня нет для них еды, они потеряли интерес. Видите ли, Лазаро опять забыл их покормить, и они решили, что я дам им что-нибудь. Как лошади. Я мог понять это по их глазам. Я бы даже сказал, что я это почувствовал. Небольшое утешение, но… В конце своей жизни они не помнили, что когда-то были людьми.
Ильза могла только кивнуть. У нее не было слов утешения для такой тяжело сложившейся судьбы родителей Орена и их сына. Должно быть, терять своих близких медленно, годами, когда они рядом, невыносимо.
– Мне, конечно, повезло больше, – продолжал Орен. – Я был учеником торговца в Бреме. У меня были навыки, которые Лазаро мог использовать в своей лавке. Я знал, что просить его о многом не стоит, но был достаточно глуп, чтобы надеяться на достойные похороны для моих родителей. Он сказал мне следующее: «Это животные. Они не достойны ничего подобного. Ты тоже не будешь достоин». В то время я даже не слышал о существовании фортунатов. Я знал только, что Лазаро раз в неделю посещает вечера, которые устраивает некто, называющий себя Звездочетом, – Орен посмотрел на свои руки. – Он был предан своим привычкам на протяжении десятилетий. Он не только перекупил наш долг, но и помогал другим забирать метаморфов в принудительное рабство. Эту практику потом запретили Принципы, – он посмотрел на Ильзу и улыбнулся. – Все благодаря твоей матери.
– Значит, после принятия Принципов Лазаро пришлось тебя отпустить?
Орен покачал головой.
– К сожалению, все оказалось не так просто. Лиандра не смогла заставить лидеров других фракций списать долги, которые, по мнению некоторых граждан, должны были быть возвращены. Однако она убедила их принудить всех должников продать долги ей. Однажды она лично пришла в магазин. Я ничего не знал о Принципах, поскольку Лазаро скрывал от меня положение дел, насколько мог. Я видел в ее глазах, чего ей стоило заплатить справедливую цену за мою жизнь человеку, который отобрал у меня все. – Орен оглядел бальный зал. Ильза заметила отражение радужных бликов в его очках. – Она привела меня сюда, накормила, усадив за стол вместе со своим мужем и сыном, и сказала, что даст место среди волков, если я этого захочу, или деньги, чтобы начать жизнь заново, если я пожелаю уйти. С тех пор я стал свободным человеком. То, что я нахожусь в должниках у твоей матери, никак не связано с деньгами. Мой долг – это моя привилегия, и расплачиваться по нему для меня честь.
Он встал и вернул стул на прежнее место.
– То, что фортунаты сделали с моей семьей, для вас тоже личное, не так ли? – крикнула Ильза, когда Орен направился к двери.
Орен улыбнулся, но покачал головой.
– Это личное для каждого метаморфа, Ильза. Когда поднимаются вопросы, связанные с гуманностью, иначе и быть не может.
Ильзе хотелось провести следующий день в тихом месте, разгадывая загадку Лайлы, но, как и предупреждал Файф, вторую половину дня ей предстояло посвятить другому занятию – урокам защиты.
Два телепата в гостиной были больше похожи на Ильзу, чем на мастеров душ или оракулов. Более того, они ничем не отличались от лондонцев из Иного мира, но Ильза все равно вздрогнула от беспокойства, когда посмотрела на них. У женщины с идеальной кожей были седеющие волосы, собранные в тугой пучок. Ее невероятно большие золотисто-карие глаза в обрамлении веера морщинок смотрели на мир несколько рассеянно. Взгляд женщины напомнил Ильзе взгляд совы, чьи глаза находились в окружении перьев. Высокая женщина, хотя и казалась слабой из-за возраста, стояла прямо. От нее веяло властностью, которая и подсказала Ильзе, кто из двоих присутствующих был более влиятельным и опытным.
Компаньону женщины, возможно, было немного за тридцать. Отросшие каштановые волосы он сильно зачесывал назад, а над бескровными тонкими губами носил густые усы. Взгляд у него был мрачный. Он стоял как военный человек, заложив руки за спину и вытянувшись по струнке.
– Ильза, это Алиция Дайсер, мой учитель по астрологии, – сказал Файф, указывая на женщину. – И ее ассистент – Павел Креспо. Алиция глубокоуважаема в своей фракции. Уже на протяжении десятилетий она ведет переговоры с лордом Уайтчепела от нашего имени. Она – наш дорогой друг.
– Рада знакомству, – сказала Алиция Дайсер, подходя ближе, чтобы пожать Ильзе руку.
С громко стучащим сердцем Ильза протянула ладонь для рукопожатия, но ее рука тут же опустилась обратно, когда знающая усмешка заиграла на лице телепата. Научиться защищать мысли было настолько хорошей идеей, что Ильза не подумала, что за это придется заплатить раскрытием мыслей перед этой незнакомкой. Кости Ильзы были готовы вот-вот расплавиться, чтобы перевоплотиться в кого-нибудь быстрого – скворца или лису.
