– Мои и твои родители были хорошими друзьями. Они хотели укрепить союз Харта и Камдена, поэтому воспитывали нас без предубеждений, свойственных их поколению. Чтобы я росла без влияния деда, меня отправили сюда. Я знаю Гедеона с тех пор, как нам было пять лет. Я жила здесь, в Зоопарке, с твоей семьей. Отец Элиота был лейтенантом твоей матери, так что он тоже вырос здесь. У нас была одна гувернантка, и мы вместе играли и посещали уроки. Камден – мой дом, и так было всегда. – Голос Кассии сорвался. В ее прекрасных, широко раскрытых глазах вспыхнуло негодование. – Однако мне также нужно было учиться чародейству. Я не была уверена в том, как правильно использовать свой дар. Мои способности по-настоящему страдали из-за моего воспитания, поэтому, когда мне исполнилось пятнадцать, я вернулась домой.
– А это было до того, как ты и Гедеон стали…
Слабая, невеселая улыбка появилась на губах Кассии, но ее взгляд стал еще более пустым.
– Я всегда любила его. Он сумел сделать так, что все различия между нами стали загадками, которые он хотел разгадать. Даже будучи ребенком, я знала, что могу сказать Гедеону что угодно. При помощи моих же слов он заставлял меня чувствовать себя умной, интересной и особенной. Он просто обладает… любознательностью. Ему интересны все и вся, – Кассия моргнула, внезапно смутившись. – Я знала, что тоже ему нравлюсь, но была застенчивой. Самым трудным решением в моей жизни было решение уйти. Это случилось как раз в тот момент, когда Гедеон уже стал совершеннолетним и знакомился со многими девушками. Я думала, даже не сомневалась, что в мое отсутствие он влюбится в кого-нибудь. А когда я вернусь, то просто буду девушкой, которую он когда-то знал, которой повезло получить от него немного доброты и внимания, как и многим другим, и ничего больше. Я не метаморф, так что мне всегда хотелось быть талантливой чародейкой, – она пожала плечами, и на ее губах заиграла легкая улыбка. – Теперь, наверное, я ей стала.
Ильза моргнула.
– Но ты не уезжала далеко! Вам не нужно было расставаться.
– Дело не в расстоянии. В Харте нашлись те, кто с подозрением относился к моему возвращению. Если бы я разрывалась между двумя домами, меня не принимали бы ни здесь, ни там. Быть единственной чародейкой в Камдене и без этого нелегко.
Между девушками воцарилось понимание, которое было результатом жизненного опыта. Кассия снова улыбнулась своей полной тоски улыбкой.
– Я переживала напрасно. В тот вечер, когда я вернулась в Зоопарк, все искали Гедеона. Он был не готов становиться альфой. Эстер и Орен ежедневно проводили с ним многочасовые занятия. Они были в отчаянии, не понимая, куда он пропал. Уже собиралась присоединиться к поискам, но, когда добралась до своей комнаты, обнаружила на кровати записку с просьбой встретиться с ним в парке. Он улизнул ото всех с карманами, полными сладких булочек, по которым, как он знал, я скучала. Он вел себя как ребенок. Ему хотелось обо всем узнать. Все было так, будто с нашей последней встречи прошло совсем немного времени.
Кассия посмотрела Ильзе в глаза, и внезапно ее взгляд стал очень напряженным.
– Он часто говорил о тебе, Ильза. В детстве ему говорили, что его младшая сестра однажды вернется, но потом эта женщина солгала нам, что ты умерла. Для него это стало тяжелым ударом. Он никогда не переставал скорбеть по тебе.
Словно наблюдая за собой со стороны, Ильза удивилась тому, что все еще способна чувствовать такую сильную душевную боль. Гедеон оплакивал ее. До сих пор скорбел. Это было слишком тяжело. Ильза подавила в себе щемящее чувство и прочистила горло.
– А Элиот?
Кассия вздохнула.
– Мы никогда не были
Ильза покачала головой. Она мысленно вернулась к той первой ночи в парке, вспоминая искаженное мукой лицо Элиота, когда она упомянула его отца.
Кассия продолжала:
– Обычно, когда человека убивает Орден Теней, так и бывает.
– Его убили? В смысле, за деньги?
Кассия кивнула.
– Орден Теней – гильдия наемников-призраков, к которой принадлежит капитан Фаулер. Они так же могущественны, как и любая из фракций, и могут быть даже такими же влиятельными. Они никогда не действуют против кого-либо, если только это не связано с получением материальной выгоды. Но… Что ж, мы не можем никого упрекать за желание заплатить призракам за их выдающиеся таланты.
