Олег разозлился сам на себя. Когда он вошел в палатку, Иванов разговаривал по рации с Луниным через аппаратуру засекречивания переговоров.
— Ну и зачем было его брать? — говорил Глеб в тангенту. - Вот сейчас нам с ним мороки…
Увидев вошедшего Олега, Иванов поспешил закончить разговор, и отключился.
— B карауле все в порядке? — спросил Глеб Олега.
Нартов кивнул.
— У Лунина тоже все хорошо. Возвращаются.
— Слава Богу, — Олег опустился на стул. Посмотрел на часы. Скоро начнет светать.
Вскоре в палатку вошел офицер из второй роты, который должен был руководить колонной, назначенной для проведения эвакуации группы. Иванов вышел с ним из палатки. Вскоре послышались урчания моторов, и колонна ушла встречать разведчиков. C колонной ушла единственная бронированная машина отряда — БМП-2, которая досталась разведчикам после того, как пехотинцы бросили ee, заглохшую в горах…
B половину шестого Олег поднял посыльного и отправил его заготовить дров. Еще минут через десять в палатку вошел Романов.
— Где ответственный за вывод групп? — спросил Романов.
— Колонну провожает, — отозвался Олег.
— Как Лунин?
— Нормально, — Олег пожал плечами. Он еще не имел специальных знаний, чтобы можно было судить о результативности выхода разведки. Он знал лишь одно: группа жива и возвращается домой. A это уже хорошо.
Романов сел за стол и несколько минут просматривал записи в журнале радиста. Потом он развернул на столе карту и начал водить по ней пальцем.
— Они сейчас должны быть здесь. Ждут колонну.
Олег подсел и всмотрелся в карту. Он уже более или менее понимал в топографических знаках, и вполне мог представить, где сейчас сидит группа в ожидании эвакуации.
— Юрий Борисович, а я буду ходить на боевые задания? — тихо спросил Олег.
— C чего ты взял? — Романов повернулся к переводчику.
— Я просто понимаю, что вы ничего просто так не делаете, а раз приказали мне не стричь бороду, значит, у вас есть задумка.
— Задумка есть, но ты не подготовлен для боевой работы.
B этот момент вошел Иванов, и встал у порога. Он слышал последнюю фразу командира отряда.
— A что я должен уметь? — спросил Олег.
— Представь ситуацию, — сказал с порога Иванов, — Ты идешь в группе, и вдруг на группу выходит одинокий пастух. Пастуху семьдесят лет. Этот человек в жизни никого не обидел. После того, как группа пройдет дальше, он побежит к первому же полевому командиру и все ему расскажет. Через час группу обложат co всех сторон. Еще через час группа перестанет существовать. Как не допустить гибель группы?
Романов посмотрел в глаза Нартову:
— Да, как бы ты поступил в подобной ситуации? Это ключевой момент подготовки разведчика к действиям в тылу противника.
— Ну, я не знаю. Может связать пастуха, и спрятать его где-нибудь? — предположил Олег.
— Развяжется, — жестко ответил Иванов.
— Взять его с собой?
— Он откажется идти. Скажет, мол, ноги больны, да стар стал. A нести его — только скорость движения снизится. Ну, так что?
Олег уже понял, что от него ждут, и медлил. Но офицеры тоже молчали. Они хотели, чтобы Олег сам озвучил правильный выход из ситуации. Командир отряда и командир роты в упор смотрели на молодого офицера.
— Его надо убить? — спросил Олег.
— Верно, — кивнул Романов. — Зачет сдал…
— Но ведь он ничего плохого не сделал группе?
— He сделал, пока не дошел до ближайшего полевого командира. Когда дойдет, уже будет поздно думать о плохом или хорошем, — сказал, усмехнувшись, Иванов.
Олег молчал. Он знал, что это так должно быть для сохранения скрытности группы в тылу враждебно настроенного населения и возможной близости баз боевиков. Но знать и понимать — это совершенно разные вещи.
— A что нужно делать с пленным, которого разведывательная группа захватила в тылу противника, допросила, и тот перестал представлять для разведки интерес?
— Что, его тоже нужно убить? — спросил Олег.
Глеб усмехнулся и вдруг достал из-за отворота бушлата небольшую книжицу. Раскрыв книжку он прочитал цитату из нее:
— …пленный, после проведенного первичного допроса, направляется к вышестоящему командованию… — Иванов закрыл книжку и показал ее Нартову.
Олег успел прочитать название: «Наставление по разведке…»
Подполковник откинулся на спинку стула и махнул радисту, чтобы тот покинул палатку. Когда тот вышел, Романов сказал:
— Есть у меня одна задумка. Если ее реализовать, то мы будем брать боевиков и схроны с оружием голыми руками. Для тебя в этой операции отводится первая роль.
B этот момент Олег шмыгнул носом и Романов увидел перед собой не лейтенанта, которому он решил доверить особо важное задание, а простого мальчишку, который только-только начал входить в самостоятельную жизнь. Подполковнику вдруг захотелось отменить задуманное, отбросить все наработки по этому делу, но Олег жадными глазами смотрел на своего командира и Романов решился:
— Тебе придется сыграть роль араба. Возможно, тебе придется убивать людей. Ты готов к этому?
— Думаю, что я не хуже всех остальных офицеров спецназа, — с пафосом сказал Олег.
