— Это ты так думаешь. Но с тобой все же надо провести определенную психологическую работу. Ты многого еще боишься. Ты много чего еще не умеешь делать. A без определенных навыков задача для тебя будет просто невыполнима.
— Что я должен уметь? — прямо спросил Олег.
— Ты должен уметь контролировать себя. Ты должен уметь не бояться смотреть в глаза смерти. Это я воспитываю у своих бойцов в период учебы на базе бригады, и они многого достигли. Но ты не проходил спецподготовку, и поэтому сейчас я не знаю, на что ты способен и насколько ты смел. To, что тебя рвало на трупы, не есть хорошо. Это надо исправить. Трупов ты еще увидишь много. Будь готов к этому. И еще будь готов убить человека. Любого. Ты меня понял? Или скажи сразу, и я отправлю тебя обратно в бригаду.
— He надо в бригаду, — быстро сказал Олег, сам не зная почему.
— Тогда… — Романов покачался на стуле, и снова откинулся на спинку: — Тебя тошнило потому, что у тебя богатая фантазия. Ты просто представил себя не месте убитого. A так делать не надо. На войне остаются в здравом уме либо только совершенно тупые люди, которые не могут осознать, что они делают, либо люди очень умные, полностью отдающие себе отчет в том, что они делают, которые уверены в своей правоте. Как мне кажется, ты — человек умный. B жизни разбираешься не плохо. Так что решай.
Романов встал, показывая этим, что разговор закончен.
Олег посмотрел на время. Пора было поднимать отряд. Нартов нажал кнопку и над расположением отряда взвыл гудок. Начался новый день войны.
Романов ушел, а спустя пару минут, в палатку заглянул начальник медицинской службы капитан Кириллов.
— Разведка вернулась? — спросил он.
— Нет еще, — отозвался Олег.
— Я не помешаю? — спросил Саша, намекая на то, чтобы остаться в теплой палатке, а не ждать группу на морозе.
— Располагайся… — махнул Олег рукой.
Кириллов присел на лавку, и спросил:
— Ты оклемался?
— Да. - Олег заполнял журнал дежурства, и мало обращал внимания на Сашу.
Закончив заполнять журнал, Олег повернулся к Саше:
— Товарищ капитан, а как вот вы, врачи, привыкаете к трупам?
— B институте нас с первого курса водили в морг. Там на первом вскрытии полгруппы в обморок упало. Я так долго смеялся…
— A сейчас страшно?
— Труп для меня примерно как для тебя разобранный автомобиль, или открытая книга.
— A если труп разворочен?
— A если автомобиль разворочен, или книга разорвана? Тебе от этого становится плохо? — отозвался Кириллов вопросом на вопрос.
— Понятно.
Олег улыбнулся. B душе у него немного полегчало.
Вскоре все вышли встречать разведку. Колонна проехала ворота, развернулась на поле перед жилыми палатками, и вплотную подошла к палатке штаба. Разведчики спешились и построились. Олег встретил тяжелые, усталые и обозленные взгляды вернувшихся разведчиков…
Романов принял доклад Лунина, а потом махнул Олегу рукой. Нартов подошел.
— Поступаете в распоряжение капитана Иванова. Все его приказания выполнять неукоснительно. Ясно?
— Так точно, — отозвался Олег, пока не понимая, к чему это идет.
Иванов хлопнул Олега по плечу:
— Возьми у разведчика автомат и садись в «двушку».
Ближайший разведчик снял с плеча AKMC и протянул его лейтенанту. Потом вынул из разгрузочного жилета пару автоматных магазинов, которые Олег рассовал по карманам.
— На машину! — приказал Иванов, тоже вооружившись.
Нартов, Иванов, Лунин и подошедший с видеокамерой в руке Шумов, запрыгнули на БМП-2, и боевая машина пехоты тронулась. Вскоре они выехали за пределы базы.
— Мы куда? — спросил Олег Иванова.
— Сейчас узнаешь. Здесь не далеко… — пространно отозвался Глеб.
БМП проехала мимо того места, где ночью сидели двое неизвестных, по которым стрелял из снайперской винтовки лейтенант Мишин. За кустами и бугорком никого не было. Олег снова ощутил в груди холодок от осознания того, что ночью, здесь, на его глазах чуть не произошло убийство.
Машина остановилась на опушке леса. Шумов и Иванов спрыгнули на землю и осмотрелись. Тихое и холодное утро только начинало побеждать ночь. Где-то далеко, видимо в Махкеты лаяли собаки. Со стороны Сельментаузена крикнула птица.
— Вытаскивай чечена! — махнул майор рукой Лунину.
Дима спрыгнул с брони и, открыв заднюю дверцу, вытащил из десантного отделения, связанного по рукам, парня лет двадцати. Тот задергался, но Лунин с силой дал ему несколько раз по ребрам и чеченец затих. Он стоял и дико озирался по сторонам. Чем-то он был неуловимо похож на гордого волка-борза, обитающего в местных горах. На парне был надет потрепанный спортивный костюм и камуфлированная натовская куртка. Под глазом красовался большой синяк. Видимо разведчики уже постарались.
— Нартов, сюда! — скомандовал Иванов.
Олег спрыгнул с машины и подошел к Иванову.
Капитан спросил:
— Разговор не забыл?
Олег помотал головой.
Шумов тем временем подошел к чеченцу и спросил как его фамилия.
— Хамхоев, — отозвался нохча.
— Как зовут?
— Дукус.
— Все сходится, — усмехнулся Иванов.
— Что же ты, Дукус Хамхоев, в российском государстве живешь, а по российским законам жить не хочешь? — спросил Шумов.
