– Политики вообще артисты! На них глядя и в театр ходить не надо. Играют так убедительно, что начинают самим себе верить. Чистейшее лицедейство! И все эти их противостояния и конфронтации из той же оперы. Ведь с чего бы им враждовать? Просто так принято, чтобы обязательно была оппозиция. Оппозиционер – это теперь как профессия, весьма перспективная. Есть люди, которые всегда перпендикулярны власти. Есть те, кто ей всегда параллелен, даже если их на плаху ведут, а вот перпендикуляры – другая крайность. Они при коммунистах ругали режим Брежнева и ходили в церкви на показ. Сейчас они уже ругают демократов и не ходят в церкви, так как туда теперь все ходят, а им со всеми не интересно. И сами ругают и нас призывают это делать. Всегда ругают кого-то, чтобы не было сил и времени ругать кого-то другого. Бранят кого-то или что-то только из-за отвращения к общепринятым мнениям, вот и всё. На каждого Гомера всегда сыщется свой Зоил, и это нормально. Оппозиция должна быть. Правая часть фасада ведь только тогда и правая, когда рядом есть левая. А без левой она уже не правая, а просто никакая. У человека ведь не две левые ноги или две правые. Они у него правая и левая. Футболист бьёт по мячу одной ногой, но ведь при этом опирается на другую. Идут же в России на протяжении нескольких веков споры между сторонниками западной и самобытной ориентаций в развитии нашей страны. А Нильс Бор и Эйнштейн сколько спорили? Сорок лет. Когда нечем заняться, отчего бы не поспорить, не поконфликтовать? Чем бы дитя ни тешилось, а только бы не писалось.
– Не плакало.
– Да без разницы. Моя бабка говорила: побольше поплачешь – поменьше пописаешь.
– Вот ваши бабки во всём и виноваты! – рявкнул кто-то из соседнего купе. – Вы, советское поколение, во всём виновато! С вашего молчаливого согласия вершилась и продолжает вершиться политика истребления народа!
– Ой-ё, умный какой! Умных и без тебя хватает – вон Дума всех желающих уже не вмещает. Чего ты прёшь на советское поколение? Чем советские русские отличаются от современных? Древние греки тоже не знали, что они – древние: они были просто греками. А чем ты лучше советского поколения? Ты очень гордишься тем, что можешь теперь про Сталина или Брежнева какой-нибудь похабненький анекдотец рассказать, а мы вот не могли себе такую «роскошь» позволить, да? Подвиг знатный, спору нет! Ты можешь сказать, а мы вот не сказали, да? Так вам сверху разрешили языками молоть всё, что взбредёт в голову, вот вы и занимаетесь теперь одним трёпом, забыв обо всех делах насущных. А как поставят к стенке пару-тройку таких пустобрёхов вместе со всеми родственниками, вы тоже заткнётесь. Вот и вся разница между нами и вами, точнее – никакой нет разницы. Нажрали все хари в советское время, получили бесплатное образование, качество которого несравненно выше нынешней покупки дипломов богатыми папашами своим отпрыскам-дебилам, получили жильё, а теперь попёрли на своё прошлое: «Чур меня, чур, я не красный, у меня корни дворянские где-то там… в чулане затерялись». А чего тебе советское поколение плохого сделало? Наши учёные, воспитанные именно советской системой, трудятся во всём мире, ценятся очень высоко. Нынешние-то образованные по своему уровню развития им и в подмётки не годятся. Советское поколение построило высоко развитую промышленную и аграрную державу, а вы теперь в китайских трусах да корейских носках ходите и своё прошлое дерьмом поливаете.
Назревала драка. Сторонников демократии оказалось меньше «старой советской гвардии», да и вообще их смутила горячая речь пожилого человека, потому что в ней не было ни слова лжи. На обвинителя и хулителя минувшего зашикали:
– Чего ты пристал к человеку со своей демократией, мудак?
– А потому что они молчали и не протестовали… боялись…
– Ты сам тут не обоссысь!
– Вот и приучили… власть… русский народ истреблять! – испуганно, но упёрто защищался зачинщик скандала. – Искоренение русских санкционируется самой же Россией, хотя и прикрывается какой-то лицемерной и тошнотворной болтовнёй о нужных для народа реформах! Разложение и развращение поражённого слепотой народа объявлено очередной «зарёй новой жизни».
– Где сейчас этот русский народ? Молодёжь русская не знает толком русского языка. Мы вымрем, а после нас останутся не русские, а пародия на американцев или англичан, вот типа тебя! А в пародии, подражании пусть даже кому-то очень достойному всегда проступает что-то жалкое. Даже если это очень талантливая пародия, то всё равно убожество, вот как ты! А мы не боялись, а просто вели себя рассудительно. Не раболепствовали, а просто жили, выбирая оптимальный способ существования в условиях тогдашнего законодательства и правил. А чего бы ты рыпался-то? Тебя бы пустили в расход, и на этом закончилась бы сказка твоя. Не надо думать, что мир начался с вашего поколения. До вас тоже люди жили, до нас была история страны, народа. Молодым всегда кажется, что только в их окошко светит солнце. Мы такими же дураками были, пока вот вы, умники, у нас не народились.
