– Ну, конечно, если харя у кого одухотворённая, то сам бог велел такого засранца во власть выбрать! Самый что ни на есть достойный повод! Вот так и голосуем: один на рыло одухотворённое выражение одел и ходит – больше ничего для страны сделать не в силах. Зато у другого бакенбарды на модный манер подстрижены… Дуры вы, бабы!
– Сама такая! – парировала дармохламовская поклонница, но прожжённый женоненавистник её не услышал:
– Вот-вот, потому так и живём. Россию как дворовую девку сватают абы кому, потому что в возраст вошла – надо новых рабов спешно рожать. А она, стервь такая, артачится, план сбивает – дескать, из кавалеров и выбрать-то некого для такого деликатного делу. В наличии только конюх-дурак, пастух-садист да сам барин-самодур. И все трое к тому же – беспробудные пьяницы. Вот так поломается-покочевряжится, да и загонят её в сарай, все трое навалятся, включая барина, раз не хочешь по-хорошему! И даст стране угля, никуда не денется, глупая корова, народит новых крепостных барину. Иногда от самого же барина-борова, ха-ха!
– Что за отвратительные вещи Вы тут говорите, мужчина? – удивилась с другого бока от Лизы милая женщина, которая, стоя в этакой давке, ещё умудрялась вязать то ли носок, то ли варежку. – Здесь же какие-никакие женщины всё-таки едут…
– Вот именно, что никакие! – рявкнул знаток жизни крепостных девок, но тут же сфокусировал блуждающий взор на миловидной вязальщице и вдруг проявил неподдельный интерес: – Кстати Вы, мадам, кому отдадите предпочтение на выборах?
– Я на выборы не хожу. Зачем они мне? У меня Коля есть.
– Какой Коля? Что ещё за Коля такой? Каким боком к выборам этот Коля Ваш?!
– Это муж мой, – недоумённо пожала плечиком милая женщина, продолжая ловко поддевать петли спицей со спицы. – Он у меня на самосвале работает: и песок возит, и камень, и лес. Мне с ним никакие политики и депутаты не страшны. Цены повысят – мой Коля больше заработает. В деревне нашей совхоз развалили – мы с Колей квартиру в городе купили без всяких ипотек дурацких. Война начнётся – в Сибирь уедем, где медведь с волком всем правят. Уж мой Коля с ними общий язык найдёт, будьте нате. Я вам так скажу: политика эта нужна только бабам одиноким и неустроенным, о которых позаботиться некому. Видимо, таких в нашей стране всё больше и больше, оттого и ажиотаж такой перед выборами. Да пьяницам, чтоб можно было под водку галдеть ни о чём. А нормальным людям она ни к чему, разброд один. У меня вот золовка тоже до политиков сама не своя, звонит мне, спрашивает, какие у нас кандидаты по избирательному участку посмазливей есть, а я и не знаю никого. На кой они мне – у меня Коля есть. А у золовки как муж помер, так сразу политикой стала интересоваться, вот прям до изжоги! Конечно, страшно же, чего они там ещё придумают, чтобы беззащитной бабе жизнь изгадить и усложнить. А ей ведь ещё троих детей одной поднимать. Мне что? У меня – Коля.
– Милое дело, Коля у неё! – возмутился мужик. – А вот мне, к примеру, что прикажете делать? Где я себе такого Колю-волшебника найду? Умная какая! Хорошо бабы по жизни устроились: Колю себе найдут и горя не знают.
– Вы себе тоже кого-нибудь найдите.
– Где ж я такую бабу найду, чтоб как твой Коля была?
– Вам, гражданин хороший, баба нужна или, мы извиняемся, мужик? – заинтересовались в толпе. – Вам Коля нужен или всё-таки Оля? А то из бабы коня сделают, чтоб пахала, а потом морду воротят в сторону хорошеньких и женственных бабёнок, какими только при нормальном мужике и можно оставаться.
Но мужичонко не слышал этих пошлых намёков, а наседал на жену Коли:
– Чего ж ты ездишь тут, носки вяжешь на ходу, если Коля у тебя такой заботливый? На подержанную иномарочку заработать не смог, чтоб жену домой подвозить? Я б такого не допустил, будь на его месте!..
– Да я что, я привычная, – засмеялась она звонким колокольчиком. – А Коля работает сейчас. К чему бедную легковушку по нашим колдобинам долбать, да ещё иномарочку? Они же иностранцами для дорог придуманы, а не для нашей погибели. Морока одна с ремонтами да запчастями. Нерадиво и нерачительно. Самосвал есть, и будя. Если что, Коля меня по шопингам на самосвале возит.
– Вот-вот, скоро вся страна на самосвалы и бульдозеры пересядет.
– Мой Коля работал на бульдозере, прекрасная машина, везде пройдёт! На ярмарку меня возил, саженцы покупать…
– На БэТээРе твой Коля не пробовал по бутикам тебя провезти? Во, народ отжигает! Политикам и не снилось. Но я-то не могу на бульдозере! У меня высшее образование, между прочим, с аспирантурой. Незаконченной, правда.
– Заметно, – ядовито хихикнула сторонница никому не ведомых реформ Дармохламова.
– Нет, вы не смотрите, что я такой неказистый. Вы вглядитесь в меня! – напирал несостоявшийся аспирант на женщину с вязанием.
– Ой, да на что Вы мне, мужчина? У меня Коля есть…
– Зато у него – два высших образования, – нашлись ещё какие-то сваты.
– И оба незаконченных, – добавил кто-то уже под общий гогот.
