Карл нахмурился.
— Фотографии?
— Надо думать, это что-то связанное с жизнью Сары до того, как она встретилась со мной.
— Ты не знал, что она их хранила?
— Нет. А ты?
— Что ты имеешь в виду? — спокойно поинтересовался Карл.
Что он имел в виду? С какой целью мог бы Карл намерено отдать Дикси шкатулку ее матери, если бы знал, что в ней спрятаны старые фотографии? Да ни с какой. Карл не захотел бы причинить девочкам боль. Мало того, шкатулка для украшений принадлежала Дикси много лет, а фотографии нашлись в ней только сейчас.
Бо потер виски, чувствуя, как подступает головная боль.
— А, не обращай внимания. Просто у меня паршивое настроение.
Он допустил ошибку, сразу не рассказав Дикси всю правду. Вместо этого только раззадорил ее любопытство, и когда Дикси напала на след того, что она посчитала тайной, то повела себя как ищейка в поисках зарытой кости.
— У Сары была сестра, — продолжил Бо. — Она никогда не упоминала о ней, но Дикси каким-то образом узнала о ее существовании.
Карл покачал головой и ничего не сказал.
— Что? — требовательно спросил Бо.
— Ничего. Ты же знал, что у Сары до тебя была своя жизнь.
— Ее прошлое меня не заботило, — бросил Бо, не желая признавать, что Сара ему лгала. И, возможно, эта ложь ранила сильнее всего.
— Я помню вечер, когда вы с ней встретились.
Из Бо словно махом выкачали воздух. Он с трудом сглотнул, взял стакан со скотчем и опустошил его одним глотком. Бо совсем забыл, как увидел ее впервые.
Ченс окинул взглядом окна дома Глендоры, пока ее тело грузили в скорую. Рождественская гирлянда, натянутая над входом, билась на ветру об стену. По улице летал обрывок газеты. Неподалеку слышались гудки машин, визжали тормоза.
— Пошли, пора убираться отсюда, — сказал Ченс, направляя Дикси к пикапу и все время оглядывая улицу и строения напротив. Не исключено, что в этот самый момент киллер наблюдает за ними.
— Ты знаешь, что она не падала с лестницы.
Ченс слышал боль в ее голосе. Та женщина была ее тетей. Дикси обещала послать ей фотографии детей Ребекки. Он приобнял ее, когда они подошли к пикапу.
— Я очень тебе сочувствую. Но, возможно, это был несчастный случай. Ты же слышала, говорили, что лифт не работал.
Дикси скинула его руку и скользнула в пикап. Когда он сел за руль, она сердито бросила:
— Сделай одолжение, перестать ограждать меня от правды.
— Я не знаю, в чем заключается правда, как, впрочем, и ты, — ответил он, наблюдая, как расходится толпа и уезжают полицейские. — Возможно, мы никогда так и не узнаем, что же на самом деле с ней случилось.
— Я вывела убийцу прямо на нее. Это то же самое, что убить самой.
Он видел, как она страдает, как сердита и напугана.
— Дикси, это не твоя вина.
— Если бы я не нашла те фотографии в маминой шкатулке …
— Очевидно, твоя мать хранила их, потому что не могла с ними расстаться. Возможно, она и вообразить не могла, что когда-нибудь ты их найдешь, и что все это может случиться. И ты не берешь в учет, что человек с фотографии знал о существовании Глендоры много лет.
— Может он не знал, где она сейчас, пока я не вывела его прямо на нее.
Ченс покачал головой.
— Это не имеет никакого смысла. Зачем убивать Глендору? Что такого она знала? Что Ребекка дочь другого? Твоя тетя даже не знала его имени. Фотографий у нее нет. Так зачем же убивать? Мы уже были у нее. И она рассказала нам все, что знала.
Дикси понимала, что его слова звучат логично. Действительно, это не имело никакого смысла. Она достала из сумочки фотографии и снова принялась их рассматривать.
— Он обрезает все болтающиеся концы, вероятно, жалея, что не сделал это раньше. Но теперь у него нет другого выхода, — Дикси посмотрела на Ченса. — В чем бы ни была причина, он отчаянно стремиться сохранить свое прошлое в тайне.
— Чтобы защитить себя? — предположил Ченс, — Или кого-то еще?
Она покачала головой.
— Ребекка — его незаконнорожденная дочь. Что если он не хочет, чтобы она узнала, кто он?
— Все может быть.
— И зачем моя мать, когда переехала в Техас, сменила имя с Элизабет Уорт на Сара Уорт?
Выезжая из города, Ченс все время поглядывал в зеркало заднего вида. Вопросов было куда больше, чем ответов. Их не преследовали на пути в Ливингстон. Он был уверен в этом. Так же как и в том, что не сопровождали до квартиры Глендоры Феррис.
— Знаю, ты предпочитаешь думать, что все это бред, — сказала Дикси, обернувшись. — Но я чувствую, что этому человеку есть, что терять. И сейчас намного больше, чем прежде. Так что он решил похоронить прошлое. И меня вместе с ним.
Бо впервые увидел Сару в маленьком кафе неподалеку от ранчо Боннеров. Она сидела и разговаривала с Карлом и Мэйсоном.
Он вспомнил, как она подняла глаза и их взгляды встретились. Карл или Мэйсон представил его.
— Боригард Боннер? — Она улыбнулась, словно ей понравилось его имя. Понравился он сам.
Черт, он всегда говорил себе, что это была любовь с первого взгляда. Но теперь знал, что Сара была более чем знакома с его именем. Им назвался ее любовник. Настоящий отец Ребекки.
