– Ты можешь почувствовать, как твои перья растут?
– Нет, они слишком легкие. Но можно увидеть… – я замолчала, чтобы продолжение фразы не разозлило Джареда еще сильнее.
– Твои крылья. Выпусти их наружу.
– Джаред…
Он стремительно подлетел ко мне.
– Сделай это, Перышко. Сейчас же.
Я колебалась, потому что помнила, сколько боли они ему причинили.
Джаред схватил меня за подбородок.
– Пожалуйста.
Он решил, что я не распахнула их, потому что он не сказал волшебное слово? О, Великий Элизиум, этот мужчина.
С болью в сердце я выпустила свои крылья и впервые в жизни помолилась, чтобы на костях не появились новые перья.
Я не оглянулась через плечо и не расправила крылья, чтобы проверить их вес. Поскольку за одну миссию я обычно зарабатывала мало перьев, то никогда не замечала изменений, но сотня перьев… Я бы наверняка почувствовала разницу.
Кадык Джареда дернулся, когда его взгляд скользнул по кончикам моих серебряных перьев. Его рука медленно оторвалась от моего лица, оставляя после себя теплые следы.
– Где бы они… – он судорожно сглотнул. – Где бы появились новые?
– По краям, – прошептала я.
Все его тело звенело от напряжения, а чрезмерно яркие глаза говорили о страхе.
– Как определить, новые ли они?
– Они меньше… и мягче.
Я подумала обо всех заработанных мной перьях, как мне нравилось гладить нетронутый пух. По мне пробежала дрожь от этого воспоминания, и крылья закачались, щекоча мои обнаженные плечи и руки.
– Я не вижу, Перышко, – сказал Джаред, и во мне зародилась надежда. Но потом я поняла, что он не мог видеть, потому что мои крылья были поджаты. – Расправь их.
Кости моих крыльев казались сделанными из ржавой стали, а не из небесной магии. Когда я расправила полотно из сухожилий и хрящей, у основания моей шеи выступил холодный пот.
Джаред побледнел.
Капля скатилась по моему позвоночнику, прочерчивая путь между сведенными лопатками.
– Они… ты что-нибудь заметил?
Я все же вывернула шею настолько, насколько это было возможно. Когда это не помогло, я сомкнула крылья перед собой.
Джаред отступил назад. Не знаю, был ли он в ужасе или ему нужно было дополнительное расстояние, чтобы рассмотреть перья. Я провела пальцами по дальнему краю крыльев, цепкий взгляд Джареда проследил за движением моей руки. Мне казалось, что мое сердце так и не забилось с тех пор, как я выпустила крылья наружу. Исследовав каждый стержень и каждую косточку, я покачала головой.
Брови Джареда поползли вверх.
– Нет?
Я продолжила отрицательно трясти головой. Внезапно кровь заструилась по венам, воздух наполнил легкие, и мое сердце забилось быстрее. Комок в горле пропал не сразу, но как только это произошло, мне удалось прохрипеть:
– Нет.
Краска медленно прилила к лицу Джареда.
– Нет? – повторил он, как будто не расслышал меня.
Прежде чем я осознала, что делаю, я взяла его руку и провела ею по краю моего правого крыла.
– Чувствуешь? Ни одного пушистого.
Джаред резко втянул воздух и задерживал его, пока я не убрала его пальцы от своих перьев и не отпустила его запястье.
– Прости.
– За что, Перышко?
– За то, что заставила тебя… прикоснуться к ним. Я знаю, как сильно ты их ненавидишь.
Удар сердца.
– Я действительно ненавижу их, но сегодня вечером по совершенно другой причине, – Джаред протянул руку и провел ладонью по серебряным перьям. Когда его рука достигла нижней части крыла, дрожь прошла по всему моему телу. – Сегодня вечером я ненавижу их, потому что они могут забрать тебя у меня.
Я ахнула от этого признания.
– Сегодня вечером я ненавижу их, потому что это, черт возьми, самая красивая вещь, что я когда-либо видел. И все же мне дико хочется оторвать их от твоего тела, – Джаред снова погладил крыло с нежностью, которая не соответствовала тону его голоса или огню в глазах. Когда он снова провел рукой вниз, мои зубы сжались от удовольствия, которое пронзило каждый мой стержень оперения. Мужчина отдернул руку.
– Больно? – неподдельное беспокойство исказило его черты.
– Нет, Джаред. Мне не больно.
– Тогда почему… почему ты дрожала?
Я улыбнулась из-за того, каким невинным он выглядел сейчас. Как мальчик, который никогда не прикасался к чужому телу. Как бы я хотела, чтобы так было на самом деле. Но его поцелуи поведали мне, что я была далеко не первой женщиной, к которой он прикоснулся губами. Прежде чем во мне зазвенела ревность, я отогнала эту мысль.
Как можно дальше.
– Может, попробуешь сделать дикое предположение? – протянула я. – Ты хорош в угадывании.
Его зрачки затмили радужную оболочку, а затем обе его руки, не сдерживаясь, легли на нижнюю часть моих крыльев.
Я задохнулась воздухом, почти как от резкого удара, и задрожала настолько сильно, что Джаред обхватил меня одной рукой за талию, а другую убрал от моих крыльев.
– Мне не больно. Клянусь.
Джаред заглянул мне в глаза.
Я прислонила голову к его шее и прошептала ему на ухо то, что наверняка будет стоить мне перышка.
– Снова. Сделай так снова.
