Он развернул бумагу, пробежался взглядом по ней. Иола наблюдала за ним очень внимательно и увидела, как его глаза на секунду расширились, а губы поджались. Он сложил бумагу и убрал во внутренний карман.
– Значит, счетная палата послала вас в ночь с этим сообщением? – вкрадчиво спросил он. – Да еще опять без сопровождения. – Его взгляд скользнул по синякам на лице Иолы и ей стало очень неуютно. Что, об этой истории уже весь город и окрестности знают?
– Нет, – твердо ответила Иола и сжала в кулаках юбку. – Я пришла сюда по своей воле. Сегодня я заметила эту… Проблему и решила в первую очередь поговорить с вами. Я больше чем уверена – это какая-то ошибка. И я… – Иола набрала в грудь побольше воздуха. – Хочу помочь вам её решить.
Роланд еще какое-то время смотрел на Иолу, затем щелкнул пальцами, привлекая внимание конюха.
– Отведи Палача обратно в стойло, сегодня поездка в город отменяется. – Он стянул кожаные перчатки и опять посмотрел на Иолу. – Пройдемте внутрь, фройлян Газенкампф.
Кабинет Роланда встретил Иолу тишиной, мраком и тонким запахом погасшего камина. Следом за ними торопливо зашла одна из многочисленных горничных. Она пошевелила угли в камине и подкинула несколько поленьев. Огонь занялся быстро. Горничная так же разожгла несколько ламп, а затем в кабинет вошла еще одна, неся поднос с чайником, двумя чашками и пиалой с яблочным вареньем.
– Сядьте, – приказал Роланд.
Иола послушно опустилась на стул, а он в свою очередь сел за свой стол. Горничная расставила чашки, разлила ароматный чай и удалилась, оставляя их одних. Роланд решительно отодвинул от себя чашку, достал лист и принялся его внимательно изучать. Иола не решалась пригубить чай, потому что ситуация была очень напряженная.
– Семьсот миллионов, – тихо произнес он. – Как такая сумма вообще могла появиться?
– В счетной палате есть проверенные люди, которым безгранично доверяют. Ваши выплаты несколько лет не проверяли должным образом.
Роланд уперся локтями в стол и свел кончики пальцев. Его взгляд наконец оторвался от бумаги и впился в Иолу.
– Расскажите все, что удалось выяснить.
Иола вкратце описала положение дел. Роланд слушал внимательно, не перебивал, но взгляд его будто бы смотрел уже сквозь Иолу.
– Таким образом… – Голос Иолы сорвался. От нервов в её горле пересохло и она все-таки решилась выпить немного чая. – Если через тринадцать дней вы не подадите корректные данные за все эти года, вас будут судить, а винокурню «Хрустальная роса» конфискуют…
Роланд кивнул, но будто бы не Иоле, а своим мыслям.
– А потом с торгов она уйдет по минимальной цене.
Иола кивнула. Роланд положил ладонь на выписку и опять сосредоточил свое внимание на Иоле.
– Что вы хотите сделать, фройлян Газенкампф?
Иола сначала замялась, но затем решительно сжала юбку в пальцах и посмотрела Роланду в глаза.
– Если вы дадите доступ ко всей вашей бухгалтерии за этот период, я смогу отыскать ошибку за эти тринадцать дней.
Роланд смерил Иолу взглядом и прищурился.
– У вашего начальства не будет вопросов почему вы внезапно решили взять отпуск?
– Какой отпуск?
– Когда вы думаете заниматься перерасчетом моей бухгалтерии?
– После работы.
Удивление Иолы было таким искренним, что Роланд не сдержался и усмехнулся. Иола вмиг ощетинилась, скрестилась руки на груди и недовольно посмотрела на него. У Роланда промелькнула мысль о том, что сейчас она напоминает свою мать, Виолу Газенкампф.
Почему он вообще вспомнил об этом? Роланд нахмурился и сцепил пальцы в замок.
– Какова цена вашей помощи?
Иола расправила плечи.
– Я делаю это из патриотизма к своей родине. Ваше семейное дело известно во всем мире, и я не хочу, чтобы что-то менялось.
Роланд вновь не сдержал привычной равнодушной мины на лице и его брови поползли вверх. Он помолчал, потом кивнул.
– Как вам будет угодно.
Он протянул руку, и Иола робко пожала его широкую ладонь в перчатке.
– Я сниму вам комнату в «Белом журавле», и завтра к вечеру там будут лежать все необходимые документы.
Иола кивнула, но про себя удивилась. «Белый журавль» был самой дорогой гостиницей во всем Фрайебурге. Если он так не хочет пускать её к себе в кабинет в той же таверне, почему бы не снять помещение где-нибудь попроще?
«Видимо, вот она разница в мышлении богатых и бедных», – пояснила сама себе Иола.
– А теперь вам пора возвращаться в город. Мы немного задержали торговца, который вас сюда привез, так что вы вернетесь в город без лишнего шума.
Иола молча кивнула и поблагодарила его. Что же, это действительно хорошее решение. Появление Иолы в экипаже фон Рихгофена привлекло к её персоне много лишнего внимания, а злые языки городских сплетников не умолкли бы.
А затем Иола вспомнила фотографии, сделанные Измаилом и страстный поцелуй Роланда и девушки из княжества Мороз. Да уж, наверное будет очень неловко, если твоя девушка услышит гуляющие по городу слухи о том, что Роланд привез в ночи со своей винокурни непонятную девушку. От этих мыслей стало опять очень неловко, так что Иола поспешно вскочила, натянула на голову шляпку.
– Доброй ночи, герр Рихгофен.
