Он посмотрел на нервно подергивающееся лицо служащего, сидевшего за окошком, и со скучающим видом уставился на потолок зала, под которым висел целый ряд люстр. Никто не замечал, что при этом глаза Адамса зорко следили за окружающей обстановкой. Небольшого человека с крупной головой взволновал вопрос о покрытии счета. Барри мог бы закрыть его.
После длительного ожидания служащий возвратил чек.
— Мне очень жаль, сэр! На счете не хватает денег. Мы не можем выплатить Вам всю необходимую сумму.
— Сколько недостает? — кратко спросил Адамс.
— Сто фунтов.
— И только-то? И из-за этого Вы поднимаете шум?
— Речь идет о точности, сэр! — объяснил служащий.
— Ради точности Вы могли бы дать владельцу счета кредит в сто фунтов, — с насмешкой сказал Адамс.
— В принципе Вы правы. Но в данном случае есть пометка, что счет после снятия всей суммы следует считать закрытым.
— Хорошо, пусть будет так! Я довольствуюсь остатком при условии, что Вы заставите меня ждать выплаты не более пяти минут.
Адамс просунул чек в окошко и взял деньги. Он покинул квартал, где находился банк, самым коротким путем, на метро. На площади Пикадилли он вышел и между Квадрант-Стрит и Реджент-Стрит сделал необходимые покупки. Обедал он уже в ракетном аэропорту Кройдона.
Он спросил обслуживающего его официанта о времени вылета ракетоплана.
— Вылет в тринадцать сорок пять. У Вас еще более полутора часов времени. При нашем быстром обслуживании у Вас не будет никаких осложнений.
Хоумера Дж. Адамса это, кажется, не убедило, и он громко обратился к соседу по столу. — Простите, сэр! Вы тоже летите в Токио? Я имею виду, рейсом в тринадцать сорок пять
Тот посмотрел на него, внимательно изучая. — Мне очень жаль, но я улетаю уже в тринадцать двадцать. Но не в Восточную Азию.
— Прошу прощения, — сказал Адамс.
Ел он в невероятной спешке и при каждым глотке бросал взгляд на большие электрические часы на фасаде ресторана. Он уже расплатился, когда принесли последнее блюдо, и жуя, вышел из-за стола, чтобы направиться к камере хранения.
— Хэлло, не можете ли Вы проверить, находятся ли чемоданы, указанные в этой квитанции, уже на борту?
— Ракетоплан в Токио, — коротко сказал мужчина, бросив взгляд на листок. — Багаж будет загружен через минуту.
— А мои чемоданы там?
Мужчина глубоко вздохнул и сделал явное усилие, чтобы не выйти из себя. — Конечно, Ваш багаж там, сэр! У Вас же на руках квитанция. Мы работаем надежно, и совсем необязательно осуществлять дополнительный контроль.
— Прошу прощения! Если Вы говорите…
Адамс остался доволен разыгранной робостью. Но, видимо, сегодня его удручали и другие заботы. После того, как ему у стойки сказали, что пассажиров еще не пускают, он поспешил к северному выходу и подозвал такси.
— В Эпсом, пожалуйста! Поезжайте как можно быстрее!
Водитель оказал ему такую любезность и был в Эпсоме щедро вознагражден.
Один из его коллег получил заказ отвести Хоумера Дж. Адамса в Доркинг. Когда Адамс взял там третью машину, чтобы вернуться в Кройдон, было уже тринадцать часов тридцать пять минут.
— Вы успеете за десять минут доехать до Кройдона?
— Это невозможно, сэр!
— Попытайтесь, — приветливо махнул головой Адамс.
— Но это действительно не удастся сделать, сэр. Я знаю дорогу, как свои пять пальцев. Нам нужно тридцать минут, при условии, что в пути ничего не случится.
— Езжайте как можно быстрее. В тринадцать часов сорок пять минут стартует ракетоплан в Токио. Если мы еще успеем его увидеть, Вы получите сверх еще десять фунтов.
— Вы хотите лететь на нем?
— Нет, достаточно того, что я увижу, как он взлетает.
Мужчина сделал все, что мог, со встречным движением ему тоже повезло. В тринадцать сорок семь он остановился у северного выхода аэропорта.
Адамс побежал в зал и наблюдал, как ракетоплан улетал из Токио, исчезая в тумане. Вопреки ожиданиям, у него был чрезвычайно довольный вид. В отличие от человека поблизости, который громко давал выход своему раздражению. Будучи в приподнятом настроении, Адамс почувствовал потребность заговорить с этим человеком.
— Не принимайте это так близко к сердцу, сэр. У Вас есть товарищ по несчастью, который знает выход из положения.
— Кто Вы?
— Ваш товарищ по несчастью. Меня сегодня вечером ждут в Токио, и я надеюсь, что, несмотря ни на что, это удастся уладить.
— У Вас есть личный самолет? — спросил незнакомец уже более спокойно.
— Нет, но через двадцать пять минут вылетает ракетоплан в Сидней. Он делает промежуточную посадку на Занзибаре, а там можно пересесть на самолет из Капштадта.
— Когда Капштадтский ракетоплан прибывает в Токио?
— Около двадцати одного часа по Гринвичу. Предлагаю Вам купить дополнительный билет.
— Благодарю Вас. Тогда мы еще до обеда будем в Токио.
В Занзибаре у них была почти часовая остановка, и они отправились в ресторан при аэропорте. От своего попутчика Адамс узнал тем временем, что зовут его Джон Маршалл и что ему двадцать шесть лет. О своей профессии Маршалл ничего не рассказывал, а Адамс был не слишком любопытен, так как в тот момент еще не мог подозревать о значении этой встречи.
