Эмили спрятала лицо у меня на груди, не представляю какого ей сейчас. И даже не хочу представлять, что видела моя мать. Мы полуобнаженные, волосы растрепались, лицо горело огнём. Мать опустила глаза и стала пристально разглядывать свои идеальные ногти и кольца на них. Быстро справившись с футболкой, девушка поднялась на ноги. И проскочив мимо Линды, почти убежала на второй этаж.
— И как это называется, ма? Кажется, я говорил приехать завтра.
Я почти рычал. Меня вовсе не бесило, что она помешала нам. Может так и лучше, но вот так в открытую приезжать ко мне и почти поймать «на месте преступления».
— Ты мне скажи. Кажется, ты говорил, что вы не… — она указала на мой голый торс.
— Так и есть! Это вообще…Черт! Почему я должен оправдываться в конце концов!
Я наконец —то справился с ремнём и поднялся на ноги. Сердце ещё колотилось, и я пытался справиться с дыханием.
— Я и не прошу тебя оправдываться. Просто. Что ты вытворяешь, Хантер она же не…
— Нет. Она блядь не соблазнила меня, затащив в койку. И ничего не просила у меня!
— Я не это хотела сказать. — мать покраснела — Ты подумал, что будет с ней, когда всё это закончится?
Ну всё, это откровенно меня утомило. Мать лезет в мою личную жизнь, опекая как юнца, который не может уследить за своим членом. Эти советы моей семьи что мне делать, а что нет доводят до тошноты.
— Почему это должно закончится⁈ Может я хочу быть с ней! Хочу жить с ней!
— Это пока… — мать быстро покрутила кольцо на указательном пальце. Я видел, что она занервничала. Ей откровенно не нравились мои ответы.
— Хватит! — не сдержавшись рыкнул — Если ты приехала поучить меня, то лучше уходи. Садись в машину и поезжай домой. Сам знаю где и с кем мне жить!
— Просто ты ищешь спасения в ней. Она на месяц? Два? Ты хотя бы предохраняешься?
Я закатил глаза, кажется меня сейчас вырвет от этого тупого допроса.
— Нет, ты ошибаешься. Она не на месяц… И что за вопросы? Мы не спим, мам, хватит! Разговариваешь со мной, как с сопляком!
— То есть мои глаза мне лгут? — сухая усмешка резанула уши.
— Это в первый раз, ладно во второй…— сдался я…— она девственница, понятно? Я что всем вам должен доказывать, что со мной всё, черт побери, в порядке. Когда Эмили пришла в мою жизни, вся тьма стала рассеиваться. Может вам сложно понять и принять это.
— Почему же? Твой отец её принял и Рид тоже…
— Так почему ты волнуешься? — и тут до меня дошли её слова — Погоди, что? Отец принял?
— Она не говорила тебе? Он приезжал сюда, пока тебя не было. У них был длинный обстоятельный разговор и её ответы очень понравились ему. Она ничего не ищет ни положения, ни денег.
Тут в голове промелькнули её слова про правду «вы с отцом так похожи». Я упустил их из виду.
— Это так. Я не хотел продолжать диалог, но мать не хотела сдаваться.
— Хантер, я же твоя мать и волнуюсь за тебя. Не привыкай к ней, чтобы потом…
— Поздно. Она помогает мне забыть всё плохое, забыть кто я и кем стал, мам. Что бы не случилось, ты должна принять её… Это всё. Тяжелое молчание повисло в комнате.
— Я услышала тебя. Проводи. Я проводил мать до машины, водитель ждал её внутри. Она всё ещё с тревогой смотрела на меня. Уже перед тем так уехать, коснулась моего плеча и пристально посмотрела мне в глаза.
— Одно я вижу точно. Жизнь. Теперь в тебе снова есть жизнь.
С этими словами она села в машину, ворота открылись. Я вернулся в дом, поднялся наверх. Зашел к себе, рывком скинул покрывало с кровати, снял одежду, не включая свет. Лег, но мысли не давали уснуть… Чертыхаясь поднялся и пошел к ней. Тихо приоткрыл дверь. Темно, она лежит только в моей футболке и белых трусиках на не расправленной кровати. Ровное дыхание. Спит.
Легко поднял её на руки и понёс к себе. Положил на кровать и укрыл одеялом, она прижалась ко мне. Волосы рассыпались по подушке. Я вздохнул её нежный цветочный аромат. Захотелось защитить её, уберечь от всей этой темноты, которая таится внутри меня. Надеюсь мы справимся. Вместе.
За всё это время, она первая с кем я сплю и с кем хочу проснуться.
Яркое солнце било в глаза через приоткрытые шторы. Я перевернулся на другой бок, хотелось ещё немного поспать. Но тут до меня дошло, что на кровати я был один. Моя девочка куда —то исчезла. Но постельное бельё ещё хранило её запах. Поднял голову. На часах было почти семь утра. Нет, сегодня я не успею её потренировать, нужно спускаться, нужно успеть перехватить чашку кофе и выезжать в офис.
Медленно потянулся, кости захрустели. Потёр руками всё ещё сонное лицо.
— Куда же ты пропала, девочка моя???
Через пару минут душ смыл остатки сна. Закрыв глаза вспоминал события прошлой ночи. Эмили жалась ко мне, её нежное мягкое тело на моих простынях, руки на моём теле. Это было что —то необычное для меня. Последние пару лет я всегда спал один. Ни одну из своих любовниц я никогда не приводил в свой дом, всегда находилось место, куда я мог их отвезти. Но она другая. Спит на моих простынях, прижимается ко мне во сне, но я ещё даже не сделал её своей до конца.
Вышел из душа, вытерся, натянул спортивные штаны.
