Глаза у Нико сузились. Непохоже было, что он злится, как раньше – просто был подозрителен и держался настороже.
– Я перед тобой в долгу за ранчо, Перси. И еще… я хотел своими глазами увидеть Дедала. Минос-то прав, по-своему. Дедалу следовало бы умереть. Никому нельзя так долго избегать смерти. Это неестественно.
– Так вот что ты задумал! – произнес я. – Сменять душу Дедала на душу твоей сестры.
Мы прошли еще метров двадцать, прежде чем Нико ответил:
– Знаешь, это было нелегко. Жить в обществе одних только мертвых. Знать, что живые никогда меня не примут. Только мертвые уважают меня, и то из страха.
– Тебя вполне могут принять, – проговорил я. – Ты мог бы найти друзей в лагере.
Он уставился на меня.
– Перси, ты в это действительно веришь?
Я не ответил. Дело в том, что я и сам этого не знал. Нико всегда был немного не такой, как другие, но после смерти Бьянки он сделался почти… почти жутким. У него были глаза его отца – в них горело то упорное, маниакальное пламя, которое заставляло подозревать, что он либо гений, либо сумасшедший. И то, как он изгнал Миноса и назвал себя царем призраков – это выглядело впечатляюще, но в то же время мне от этого сделалось не по себе.
Я не успел сообразить, что ему ответить, как налетел на Рейчел: та остановилась как вкопанная. Мы вышли на развилку. Тоннель шел вперед, но направо уходил боковой тоннель – круглый ход, вырубленный в черной вулканической породе.
– В чем дело? – спросил я.
Рейчел, не отрываясь, смотрела в черный тоннель. В тусклом луче фонарика ее лицо выглядело как у одного из призраков Нико.
– Нам туда? – спросила Аннабет.
– Нет! – нервно ответила Рейчел. – Туда нам совсем не надо!
– Тогда чего стоим? – спросил я.
– Слушайте! – велел Нико.
Я услышал, что в тоннеле свистит сквозняк, как будто выход был совсем близко. И почуял смутно знакомый запах – запах, пробудивший плохие воспоминания.
– Эвкалипты, – сказал я. – Как в Калифорнии.
Прошлой зимой, когда мы сражались с Лукой и титаном Атласом на вершине горы Тамалпаис, там пахло точно так же.
– Там, в этом тоннеле, что-то плохое, – произнесла Рейчел. – Что-то очень сильное.
– И пахнет смертью, – добавил Нико, отчего я почувствовал себя куда лучше.
Мы с Аннабет переглянулись.
– Это выход Луки, – догадалась она. – Выход на гору Отрис, ко дворцу титанов.
– Надо проверить, – решил я.
– Перси, не надо!
– Может быть, там сейчас Лука, – сказал я. – Или… или Кронос. Надо выяснить, что происходит.
Аннабет заколебалась.
– Тогда идем все вместе.
– Нет, – ответил я. – Слишком опасно. Если они захватят Нико – или Рейчел, кстати, – Кронос может ими воспользоваться. Оставайся здесь и охраняй их.
Чего я не сказал – это что я беспокоился еще и из-за Аннабет. Я не знал, как она себя поведет, снова увидев Луку. Он уже не раз обманывал ее и манипулировал ею прежде.
– Не надо, Перси, – попросила Рейчел. – Не ходи туда в одиночку.
– Я быстро! – пообещал я. – И глупостей никаких делать не буду.
Аннабет достала из кармана свою кепочку «Янкиз».
– Ну, тогда хотя бы это возьми. И береги себя!
– Спасибо.
Я вспомнил, что в прошлый раз, когда мы с Аннабет расставались под горой Сент-Хеленс, она поцеловала меня на удачу. А теперь мне досталась только кепочка…
Я надел ее.
– Ну вот, никого и нет!
И я невидимым скользнул в черный каменный тоннель.
Еще не успев дойти до выхода, я услышал голоса: рычащие и тявкающие голоса морских демонов-кузнецов, тельхинов.
– Ну, хотя бы клинок спасли, – говорил один. – Повелитель все равно вознаградит нас.
– Да! Да! – взвизгнул второй. – Вознаградит сторицей!
Второй голос, более человеческий, произнес:
– Ага, ну да, здорово. А теперь, если я вам больше не нужен…
– Нет, полукровка! – произнес тельхин. – Ты должен помочь нам его вручить. Это великая честь!
– Ну, спасибо! – сказал полукровка, и я осознал, что это Этан Накамура, тот самый парень, который сбежал от нас после того, как я спас его жалкую жизнь на арене.
Я крался к выходу из тоннеля, то и дело напоминая себе, что я – невидимый. Они меня не разглядят.
Когда я вышел наружу, в лицо мне ударил порыв холодного ветра. Я стоял почти на вершине горы Там. Внизу простирался Тихий океан, серый под небом, затянутым тучами. Метрах в шести ниже меня двое тельхинов укладывали что-то на большую скалу: что-то длинное, узкое, обернутое черной тканью. Этан помогал им разворачивать ткань.
– Осторожней, дурень! – одернул его тельхин. – Стоит его коснуться, и клинок отделит твою душу от тела!
Этан нервно сглотнул.
– Тогда, наверно, вы лучше сами разворачивайте…
