Выскочив из автобуса, мы увидели остальных пассажиров, которые растерянно бродили вокруг, ругались с водителем, а некоторые бегали по кругу, вопя: «Мы умрем!»
Турист в гавайской рубашке с фотоаппаратом щелкнул меня до того, как я успел убрать меч.
– Наши сумки! – вспомнил Гроувер. – Мы оставили…
Окна автобуса полопались, и пассажиры бросились врассыпную. Молния оставила в крыше огромную дыру, но, судя по злобному вою, миссис Доддз еще была жива.
– Бежим! – сказала Аннабет. – Она зовет подкрепление! Нужно отсюда убираться!
Мы бросились в лес. Дождь шел стеной. Позади нас полыхал автобус, а впереди была только темнота.
Иногда знать, что греческие боги существуют, даже неплохо – ведь на них всегда можно свалить вину, если что-то пошло не так. Например, если ты под проливным дождем пытаешься убраться подальше от автобуса, в котором на тебя напали жуткие твари и в который жахнула молния, обычный человек подумает, что ему дико не повезло, но ты-то знаешь: просто какое-то божество очень хочет испортить тебе день.
Итак, мы с Аннабет и Гроувером пробирались сквозь лес вдоль берега в Нью-Джерси, ночное небо позади нас освещали желтые огни Нью-Йорка, а в носу свербело от речной вони Гудзона.
Гроувер дрожал и стонал, его большие козлиные глаза были полны ужаса, а зрачки превратились в щелки:
– Милостивые! Все три сразу!
Я и сам еще не успел оправиться от шока. Звон лопнувших автобусных окон все еще стоял у меня в ушах. Но Аннабет тащила нас вперед, приговаривая:
– Пошли! Чем дальше мы уйдем, тем лучше.
– Там остались все наши деньги, – напомнил я. – Еда и одежда. Вообще всё.
– Ну, может, если бы ты не стал ввязываться в драку…
– А что мне было делать? Смотреть, как вас убивают?
– Меня не нужно защищать, Перси. Ничего бы со мной не случилось.
– Нарезали бы тебя, как хлебушек на бутерброды, – вмешался Гроувер. – А так ничего.
– Заткнись, козлоногий, – огрызнулась Аннабет.
Гроувер снова застонал:
– Жестянки… целый мешок жестянок!
Меся слякоть ногами, мы продирались сквозь запутанные ветки и стволы, от которых несло мокрым бельем.
Пару минут спустя ко мне подошла Аннабет.
– Слушай, я… – она не договорила. – В общем, спасибо, что вернулся за нами. Это было очень смело.
– Мы ведь команда.
Она помолчала еще немного.
– Просто если бы ты погиб… конечно, тебе бы пришлось несладко, но еще это значило бы, что квесту конец. А для меня это, возможно, единственный шанс увидеть реальный мир.
Гроза наконец утихла. Свет города позади потускнел, и мы оказались практически в полной темноте. Я почти не видел Аннабет, только ее светлые волосы белели во мраке.
– Ты с семи лет не покидала Лагеря полукровок? – спросил я.
– Да… была только на небольших экскурсиях. Мой папа…
– …преподаватель истории?
– Ага. Дома у меня жить не получилось. Нет, конечно, Лагерь полукровок – тоже мой дом. – Она говорила так торопливо, словно боялась, что кто-то ее остановит. – В лагере ты только и делаешь, что тренируешься. И это здорово – но монстры-то в реальном мире. И только здесь можно понять, стоишь ли ты чего-нибудь.
Не знай я ее так хорошо, решил бы, что в ее голосе звучит сомнение.
– Ну, с ножом ты отлично управляешься, – сказал я.
– Правда?
– Как по мне, те, кто может вот так оседлать фурию, – вполне ничего.
Лица ее было не видно, но мне показалось, что она улыбнулась.
– Знаешь, – начала она, – наверное, стоит тебе рассказать… Там, в автобусе, кое-что странное…
Ее прервали пронзительные звуки «туу-туу-туу», такие жалобные, как будто кто-то истязал сову.
– Эй, моя свирель все еще играет! – воскликнул Гроувер. – Вот бы еще вспомнить мелодию для поиска пути – и мы выбрались бы из леса!
Он сыграл пару нот, правда, выходило у него что-то, подозрительно похожее на песни Хилари Дафф.
Вместо того чтобы выйти на верный путь, я тут же врезался в дерево и заработал себе приличную шишку на голове.
Очередная суперсила, которой я
Еще милю пришлось идти спотыкаясь, ругаясь и страдая, но потом впереди забрезжил свет: это были огни неоновой вывески. Запахло едой. Чем-то жареным, жирным и потрясающим. Я вдруг понял, что не ел ничего «вредного» с тех пор, как впервые оказался на Холме полукровок: в лагере мы питались виноградом, хлебом, сыром и самым постным на свете жареным мясом, которое готовили нимфы. Кое-кому просто необходим был двойной чизбургер.
Наконец мы вышли из леса на пустынную двухполосную дорогу. На противоположной стороне мы увидели закрытую заправку, побитый жизнью билборд с рекламой фильма 1990-х годов и единственное открытое заведение с той самой неоновой вывеской. Вот откуда так вкусно пахло.
