Вес неба обрушился на спину Атласа, едва не расплющив его. Но он все же сумел подняться на колени, пытаясь выбраться из-под давящей тяжести небосвода. Однако было поздно.
– Не-е-е-е-ет!!! – взревел он так яростно, что гора содрогнулась. – Ни за что!
Атлас снова попал в ловушку своей прежней ноши.
Я попробовал было встать, но рухнул снова. В голове мутилось от боли. Тело по-прежнему жгло как огнем.
Талия оттеснила Луку на край утеса, но они все еще сражались подле золотого гроба. В глазах у Талии стояли слезы. Грудь Луки была рассечена кровавой раной, его бледное лицо блестело от пота.
Он ринулся на Талию, и она ударила его щитом. Меч Луки вырвался у него из рук и с лязгом упал на скалы. Талия приставила копье к его горлу.
На миг воцарилась тишина.
– Ну и? – сказал Лука. Он старался это скрыть, но я все же слышал страх в его голосе.
Талия дрожала от ярости.
Позади нее медленно вставала на ноги Аннабет, наконец-то освободившаяся от пут. Лицо у нее было разбито и перемазано грязью.
– Не убивай его!
– Он же предатель! – воскликнула Талия. – Предатель!
Сквозь царящий в голове туман я осознал, что Артемиды рядом уже нет. Она бросилась к черным скалам, туда, где упала Зоя.
– Мы возьмем Луку с собой! – умоляюще сказала Аннабет. – На Олимп. Он… он может оказаться полезным!
– Тебе ведь этого хочется, верно, Талия? – насмешливо бросил Лука. – Вернуться на Олимп с триумфом? Угодить папочке?
Талия замешкалась, и Лука сделал отчаянную попытку перехватить ее копье.
– Нет! – вскрикнула Аннабет. Но было поздно. Талия, не раздумывая, пинком отшвырнула Луку. Лука потерял равновесие, на лице у него отразился ужас, и он рухнул вниз.
– Лука-а-а! – заорала Аннабет.
Мы бросились к обрыву. Под нами застыло в изумлении войско с «Царевны Андромеды». Они смотрели на изуродованное тело Луки, лежащее на скалах. Я его, конечно, ужасно ненавидел, но все равно не мог на это смотреть. Мне хотелось верить, что он еще жив, но это было невозможно. Он пролетел не меньше семнадцати метров и теперь лежал не двигаясь.
Один из великанов задрал голову и взревел:
– Бей их!
Талия окаменела от горя. Слезы катились у нее по щекам. Я оттащил ее назад, и над головами у нас просвистела волна дротиков. Мы бросились в скалы, не обращая внимания на брань и проклятия Атласа, мимо которого мы пробегали.
– Артемида! – крикнул я.
Богиня подняла голову. Лицо у нее было почти таким же скорбным, как у Талии. Зоя лежала у нее на руках. Она еще дышала. Глаза у нее были открыты. Но…
– Рана отравлена, – сказала Артемида.
– Атлас ее отравил? – спросил я.
– Да нет, – ответила богиня. – Не Атлас.
Она показала нам рану в боку Зои. А я почти и забыл про ее стычку с драконом Ладоном. Укус оказался куда страшнее, чем говорила Зоя. На рану смотреть было невозможно. Она ринулась в битву с отцом, в то время как ужасный укус мало-помалу высасывал ее силы…
– Звезды… – пробормотала Зоя. – Я не вижу звезд…
– Нектар и амброзию! – воскликнул я. – Скорее! Надо ее исцелить!
Никто не шелохнулся. Горе висело в воздухе. Войско Кроноса подступало к вершине. Даже Артемида была настолько потрясена, что не могла шевельнуться. Быть может, там бы мы и встретили свою судьбу, но тут я услышал странное гудение.
В тот самый момент, как из-за обрыва показалось войско чудовищ, с неба спикировал Sopwith Camel.
– Руки прочь от моей дочки! – крикнул сверху доктор Чейз, и его пулеметы ожили, изрешетив землю пулями и заставив целую толпу чудовищ разбежаться в ужасе.
– Папа?! – изумленно вскричала Аннабет.
– Бегите! – крикнул он в ответ – его голос удалялся по мере того, как биплан улетал все дальше.
Это заставило Артемиду прийти в себя. Она вскинула голову и уставилась на старинный самолет, который заложил вираж и заходил для новой атаки.
– Отважный мужчина, – нехотя похвалила его Артемида. – Идемте. Надо унести отсюда Зою.
Она поднесла к губам свой охотничий рог, и его звонкий голос раскатился эхом по горным долинам. Веки Зои затрепетали.
– Держись! – сказал я ей. – Все будет хорошо!
Sopwith Camel атаковал снова. Некоторые великаны принялись метать дротики, и один дротик пролетел прямо между крыльями биплана, но пулеметы не умолкали. Я с изумлением осознал, что доктор Чейз каким-то образом ухитрился наделать пуль из небесной бронзы. Первый ряд дракониц взвыл, когда пулеметный залп превратил их в облачка сернисто-желтой пыли.
– Это же мой папа! – в изумлении произнесла Аннабет.
Но нам некогда было любоваться мастерством пилота. Великаны и драконицы, застигнутые было врасплох, уже почти опомнились. Скоро у доктора Чейза начнутся проблемы.
И тут лунный свет сделался ярче, и в небе появилась серебряная колесница, влекомая самыми красивыми оленями, каких я видел в своей жизни. Колесница приземлилась рядом с нами.
– Садитесь! – велела Артемида.
Аннабет помогла мне затащить в колесницу Талию. Потом я помог Артемиде уложить туда Зою. Мы укутали ее одеялом, Артемида натянула поводья, и колесница рванулась с горы прямо в небо.
– Как сани Санта-Клауса… – пробормотал я, еще не успев прийти в себя от пережитого.
Артемида снизошла до того, чтобы оглянуться на меня:
