– Они ведь из гавани-то уйти могут. Не на кораблях, так пешком – берега-то с другой стороны пологие!
Лунь застыл на месте, только сейчас осознав, о чем толковал ему слуга. Да, пираты… Пираты на Лакосе. Что-то ведь такое говорил этот сумасшедший, его светлость… Мысли зароились в голове, и уже через минуту Лунь соображал, что вся эта история может обернуться весьма и весьма скверно. Если в Соколиной горе и вправду пиратские корабли, то они войдут в Город. Сколько их – пять, десять? Какое оружие? Кто осмелился? И с чего вдруг? Соколиная гора…
– Соколиная гора, – прошептал Лунь. – Так ведь Кассий…
Да, Кассий просил ее дня три тому назад. А потом сказал, что скоро они перестанут беспокоить капитана своими просьбами. Кассий Асфеллот. И очень может быть, что гавань он просил для другого Асфеллота. А другим сейчас вполне может быть…
Лунь в изнеможении опустился на ступеньку лестницы, припоминая все последние события.
– Где князь? – слабо спросил он.
– Какой еще князь? – не понял привратник.
– Да который тут был… Это молодой Ланелит, короля Алариха племянник… Что глаза вылупил? Он и есть. А король местоблюститель здешнего престола, по сыну-то. Ох ты, господи, все одно к одному!
– Так ведь это его господин Кассий выслеживал!
– Ты откуда знаешь? А, впрочем, все равно. Надо бы ему передать…
– Что, ваша милость?
Вчера вечером Ламио сунул ему на подпись какое-то указание – Ванцера бегло прочитал его и разругал секретаря в пух и прах, что опять лезет не в свое дело. Ламио, запинаясь, объяснил, что в четвертом отряде, который должен наутро заступить на стражу в Арсенал, не хватает людей – троих, кажется… Надо бы заменить вторым отрядом. Когда Лунь спросил, почему поздно доложили, секретарь не нашелся, что ответить. Ванцера тогда подумал, что щенок в своей рассеянности позабыл про все, теперь боится кары. Указание он из важности велел оставить у себя, да и сам вопрос показался ему пустяковым – кому он там нужен, этот Арсенал, уже столько лет… Бумагу Лунь все-таки подписал, только передать секретарю забыл. Что там Ламио сдалось в этом отряде? Несли бы стражу как есть…
Так нет ведь, неспроста. Ванцера, перебирая седые волосы, стал припоминать, кто служил в отряде. По именам он их не знал, больно нужно было, это секретаря забота, а вот на лицо припомнил. Второй отряд… Самый старый, сплошь из «упертых ослов», который был набран еще при предшественнике Луня, прежнем градоначальнике. А четвертый отряд… Там трое Асфеллотов. Да, попадались на глаза, да Ванцера значения не придавал. Когда их набирали, никому дела до того не было. Зато теперь… Теперь этот самый отряд несет стражу, да не где-нибудь, а…
– Что передать-то, ваша милость?
– Да чтобы в Арсенал не ходил… На воротах болтаться будет, как пить дать…
Зубчатая стена, вросшая от старости в землю, поднималась горными уступами от восточного берега Города на главную его высоту – Арсенальную гору. Некогда стояла здесь главная цитадель легендарной крепости Старых ветров, отрогами которой были Вальсар, гора Парус и сооружения Прибойного вала. От имени крепости и пошло название торговой и ремесленной улицы, застроенной домами купцов и мастеров цехов, служивших на здешних верфях и оружейных складах.
Улица забирала вверх, потом сменилась известняковой лестницей, а оттуда вывела к площади с часами, на циферблате которых золотом была выложена роза ветров. Здесь начинался сам форт Арсенал.
На воротах Расин предъявил пропуск и приказ об особых полномочиях. Вопреки ожиданиям, никаких вопросов бумаги не вызвали, словно чужестранные гости здесь были делом обычным.
– Где я могу найти начальника отряда? – спросил Расин, пока часовой разглядывал подпись капитана гавани.
– В башне Рыболова. Наверх, оттуда через площадь, там увидите крышу с зеленой черепицей, – стражник поклонился и отдал князю его приказ.
Ворота за Расином закрылись, и князь ступил под сводчатые арки Арсенала.
Внутри форт походил на маленький городок с узкими улочками и площадями, высеченный из сине-белого камня. За последние две сотни лет, что в Светломорье не велось войн, Арсенал изменился. Рядом с глухими крепостными башнями появились тонкие, резные и сквозные башенки с флюгерами. В закоулках глухо рокотал прибой.
Через два поворота стены раскололо сверху донизу, и перед Расином открылась круглая площадь с мозаичными плитами цвета морской волны. Слева высились Арсенальный маяк и колокольня.
Островерхая башня с зеленой черепицей и шпилем стояла на самом краю, стоило только пересечь площадь. Но не успел князь сделать и шагу, как в его плечо вцепились чьи-то руки и потащили назад.
Сил своих, как видимо, нападавший не рассчитал, а потому уже через мгновение полетел на землю.
– Да вы что, с ума сошли, что ли! – зашипел Ламио, растирая нос. – Так и убить недолго!
Расин, охнув, поднял его на ноги.
– Господин секретарь! Вы-то как тут оказались?
– Тише. Так же, как и вы – через ворота. Вот теперь бы еще назад выбраться, – Ламио вытер пот со лба. На нем лица не было. – Ф-фу, еле успел…
– А, вы снова с дурными новостями, – произнес Расин. – Угадал?
