Угнездились тогда в сердце Ядхира зависть и жестокость, хотя прежде за ним подобного не знали. Напротив, был он человеком благородным и мудрым, следовавшим по пути огня и света Брама, однако же прежнее величие утратил напрочь, снискав себе славу алчного сюзерена. Народ обирал до последней нитки, заставив людей себя возненавидеть. И все же население не бунтовало, надеясь на перемены и помня, каким Ядхир был прежде.
Потом пришел Брам, и правду о Ядхире он услышал задолго до своего прихода. Призвал он короля к себе на справедливый суд. Богом он уже не был, однако обладал силой и умением создавать плетения. Однако Брам превратился в смертного, и ни одно плетение не смогло бы уберечь его от гибели. Свои слабости перед встречей с Ядхиром он сознавал вполне.
Сразились они, и каждый использовал ныне забытые формулы. Вздрогнули скалы, реки и деревья. И победил Ядхир за счет коварства.
Боялся он встретиться с Брамом лицом к лицу, сознавая, с кем имеет дело, и призвал верных помощников. Те пришли в расчете на его милость и богатую награду и помогли ему.
Итак, Брам лишился и свечи, и плаща, и посоха. Заточил его Ядхир в темнице под замком. Называли те подземелья Каменными залами.
Брам томился в заточении девяносто девять дней, питаясь скудными крохами, и в конце концов обратился к тому, чего никогда не делал. Свернул он ткань разума своего в грани восприятия и замер, размышляя о плетениях, которые создал и предложил людям. Потом утешился он и придумал, как совладать с алчным королем.
Выдохнул он могучую струю воздуха из своей груди, и поднялась она к потолкам Каменных залов, и пробилась вверх, где находился Ядхир. Послал Брам голос свой по струе воздуха:
– Встреться же со мной, испорченный король! Вызываю тебя на бой один на один – только я и ты. Убедись, чего ты стóишь. Я одолею тебя, какие бы хитрости ты ни придумал.
И получил он ответ.
Однако еще до того заметил Брам нечто странное в стенах своей темницы. Из каждого шва между камнями сочилась ярко-алая жидкость. Не могло быть столько крови ни в одном человеческом теле.
И пришел Ядхир. Открыл он двери темницы и направил свой посох на бывшего бога, а ныне простого смертного. Помощники его стояли рядом, прикрыв лица черной тканью.
– Кто ты таков, чтобы бросать мне вызов? Кто ты таков, чтобы обращаться ко мне подобным образом при моих людях?
– Я – Брам, перворожденный, возникший из пустоты. Я был всегда и буду вечно, когда тебя, Ядхир, уже не станет. Я намеренно обратился в смертного, однако не надейся, что тебе уступлю.
– Что ж, попробуй! – рассмеялся Ядхир. – Одолей меня! Покажи, на что способен, если считаешь себя богом! Ничего ты не сможешь сделать в Каменных залах. И нет у тебя ни свечи, ни плаща, ни посоха. Ни одно живое существо не сумеет здесь свернуть ткань разума, кроме меня. Без свечи нет пламени, без плаща не удастся тебе защититься, а без посоха ты никогда не создашь плетение и не удержишь огонь. Нет у тебя ни меча, ни иного оружия. Как собираешься ты проложить себе дорогу на волю, как пройдешь сквозь камень?
Ядхир был прав. Обычный человек, не имея свечи, плаща и посоха, ни за что не смог бы ему противостоять в Каменных залах. Однако вызов алчный король бросил не обычному смертному. Перед ним и впрямь стоял Брам, первый и последний из наделенных искрой жизни высших существ.
Сумел Брам свернуть ткань разума, и вытянул он руку к потолку, словно вознамерился ухватиться за выступающий камень.
– Сверху! – крикнул он, и мир пошатнулся.
Содрогнулся, едва не обрушившись, замок Ядхира. Другую руку Брам направил к полу:
– Вниз! О камень, накладываю я на тебя свое плетение и повелеваю тебе похоронить под собой Ядхира!
Мир, вняв призыву Брама, наполнился низким гулом. С ужасающим треском раскололся потолок, и между Ядхиром и Брамом начали падать огромные куски камня. В полу образовались глубокие пробоины. Мир все дрожал, словно распадался на части.
– Довольно! – завопил Ядхир. – Прекрати! Коли желаешь ты дать мне бой, поднимись во двор, если сможешь. Так и быть – верну я тебе свечу, плащ и посох.
И расхохотался Ядхир со своими помощниками. Притащили его слуги каменный сундук. Заперт он был надежно – не открыть. Ни замка, ни крышки, ни щелки.
Оставил Ядхир закрытый сундук в темнице Брама и исчез, запечатав за собой двери. Лишь смех его разносился эхом по Каменным залам.
Только не сдался Брам. Уже показал он врагу, что способен создать хотя бы одно плетение из тех, которые должен знать каждый. Понимал он, что жестокий король убежден: на том возможности бывшего бога кончаются. Потому и оставил сундук у ног Брама – желал нанести ему оскорбление. А Брам первым плетением пробудил свои способности, и вспомнил он все десять формул.
Возложил он руки на сундук и вновь создал грани разума:
– Изнутри наружу!
Подпрыгнул сундук и открылся, словно и не был закрыт вечной печатью.
