С лошади я буквально свалилась, благо сопровождающие предвидели подобный исход и вовремя меня поймали, на время закрыв от посторонних взглядов. Ринц только покачал головой, тихо проговорив себе под нос:
— Млагиня, млагиня… Что ж вы…
Переваливаясь, как медведь, я дошла до гостеприимного дома и долго стояла у камина, уперевшись руками о каменную полку. Со стороны казалось, что я отогреваюсь после мороза, но на самом деле я пережидала судороги. Перед сном обязательно попрошу Ладу (помощниц я тоже взяла с собой) сделать мне массаж.
Поскольку нас ждали, ужин был давно готов и подвешен над огнём, чтобы оставаться горячим. Ятага с Ладой споро сняли с меня верхние меховые одежды, оставив в вязанном свитере и шерстяных брюках. Голову я перевязала платком-повойником.
Староста с женой посадили (!@!!*) меня как дорогого гостя во главе стола, отчитываясь о жизни поселения.
Наконец-то через час с формальностями было покончено и я смогла принять горизонтальное положение. После трудного в физическом плане дня, я уснула сразу же как только голова моя коснулась подушки. И проспала до утра без сновидений. Ну практически…
Перед рассветом мне приснился полусон-полувидение. Словно я снова в дороге, но лица моих спутников хмуры… и когда раздался приказ «К оружию», я проснулась.
В комнате было довольно прохладно — поленья давно прогорели, а синий свет указывал, что утро уже наступило. Из-под нагретого одеяла вылезать не хотелось, но я была слишком встревожена странным сном, поэтому стараясь не разбудить девушек, быстро оделась и выскользнула за дверь. Хозяева и моя стража уже не спали. Первые занимались завтраком, а вторые — собирались в дорогу: задерживаться более, чем на ночь, мы не могли…
Глазами отыскав Ринца и перехватив его взгляд, я кивнула на заднюю дверь. Дождавшись, пока мужчина закроет дверь в дом, сказала, не глядя на него:
— Командир, сегодня ночью мне приснился сон… Мне приснилась засада. Я понимаю, что это просто могут быть мои страхи, поэтому просто прощу вас не терять бдительность.
— Вы можете подробно описать место? — судя по серьезным интонациям, командир охраны и не думал отмахиваться от меня, как это обычно делал князь.
Я на секунду задумалась.
— Вроде бы ничего примечательного. Это было в лесу. Единственное — было намного больше снега…
— Я вас понял, млагиня. Будут ли какие-то ещё распоряжения?
— Нет. На этом пока всё.
Сразу после завтрака наш многочисленный обоз снова тронулся в путь.
Примерно через неделю, проведенную в седле, я поняла, что вполне привыкла с верховой езде (з… перестала болеть, как бы двусмысленно это не звучало). Минимум три раза нам пришлось ночевать в открытом поле. И, если я с моим отрядом нормально переносила подобные ночёвки, то среди «примкнувших» к нам семей случились обморожения и простуды. Люди были не готовы к путешествию зимой.
Пришлось в ближайших деревнях скупать любую теплую одежду, чтобы хотя бы как-то утеплить людей. Но ни одна из семей не повернула назад: Холодная скала была их единственной надеждой на сытую зимовку, а в дальнейшем и на нормальную жизнь.
Раздавая теплые одеяла и маленькие меховые шкуры нуждающимся, я понимала, что необходимо налаживать разные производства: ткаческое, кожевенное, валяльное, прядильное… а ещё мне нужны были врачи, чтобы открыть больницу, учителя, чтобы открыть школы…
Если мой сон сбудется, мы надолго «задержимся» в северных землях, а значит должны быть готовы к жизни в суровых климатических условиях. А значит помимо еды нужно было обеспечить людей кровом и теплой одеждой.
К исходу второй недели нашего пути начался сильный снегопад, заставивший нас остановиться в одном из селений на несколько дней. Местный староста был также любезен, как и предыдущие, но мы не могли себе позволить задерживаться. Поэтому едва метель превратилась в редкий снегопад, как наш «караван» продолжил путь.
Если бы я заранее знала, что нас ожидает впереди, то осталась бы в гостеприимном селение, как минимум, ещё на пару дней.
Из-за снегопада я не сразу поняла, что мы добрались до горной местности. Идти по реке дальше не имело смысла: она петляла, то расширяясь, то заужаясь, во многих перемежаемая порогами (об этом мне рассказали войны из отряда). Наш путь теперь пролегал через невысокие перевалы, заросшие сосновым лесом. Дороги не было видно за сугробами, поэтому нам пришлось довериться провожатому — сыну старосты, где мы провели несколько дней.
Но чем дальше мы углублялись в лес, тем сильнее сердце сжималось от непонятной тревоги, словно я упускала из виду что-то важное… И тут я вспомнила: это место было очень похоже на то, что мне приснилось не так давно. Сделав знак командиру стражи приблизиться, я сказала так, чтобы меня мог расслышать только он:
— Берг, думаю, это те самые места.
Войн задумчиво на меня посмотрел, а затем спросил, обращаясь скорее к себе:
— Вы ведь здесь никогда раньше не были?
— Нет… — ответила я и осеклась.
Мы оба понимали, что это могло означать.