— Боюсь, что это ненадолго. Ты уверен, что прислужницы княгинь не видели, сколько мы заработали?
— Нет, Эна сама брала деньги. Девушки лишь показывали товар и смотрели, чтобы никто ничего не украл и не испортил.
— Хорошо, если так…
«Помощницам» я выдала небольшую (по моим меркам, но Селим сказал, что это очень много) «премию» в конце рабочего дня: по мешочку с 10 серебрушками.
Я уже уверенно разбиралась с денежной валютой в этом мире: в обороте здесь были медняки и серебрушки, иногда встречались черняки — чёрные монеты восточных государств, стоившие десяти серебряных монет, но мало использующиеся из-за их дефицитности.
Князь со свитой уехал на праздник к соседу — родственнику первой жены. Дорога туда занимала чуть меньше суток, поэтому я не ждала его раньше, чем через пять дней.
Перед отъездом у нас состоялся разговор о посещении той самой дальней усадьбы, чтобы начать составление карты с северных земель. Князь довольно долго размышлял над моим предложением, прежде чем туманно ответил:
— Может быть летом… или следующей осенью… а сейчас точно не успеем.
Но такой ответ меня не устраивал, поэтому я планировала вернуться к разговору позже.
От княгинь я разузнала о северном поместье. Называлось оно «Холодная скала» из-за горной местности. За горным хребтом начиналась степь, которая относилась к территории другого государства — Небесному каганату. Однако соседи нас не беспокоили: хребет был серьёзным препятствием. По этой же причине поместье обходили стороной торговые караваны. В отличие от города у него отсутствовала крепостная стена, а главный дом был сделан из камня.
— Холодный круглый год, — как выразилась Зои.
Однако новость о каменной усадьбе меня ничуть не расстроила: это была не проблема! А вот возможность поднять вокруг поместья каменные стены меня по-настоящему радовала.
Селим предложил отправить первые обозы в «Холодную скалу»: у нас было несколько подходящих семей. Это были разорившиеся, но трудолюбивые люди, быстро оценившие открывающиеся перед ними перспективы: сытая зима в своём доме, и хороший надел земли.
Поэтому утром в день предполагаемого приезда князя домой, три обоза тронулись в путь: заново открывать нам дорогу к забытой земле.
В те хлопотные ярмарочные дни, я даже не представляла, что совсем скоро моя жизнь круто изменится.
Через несколько дней после возвращения князя и его свиты прибыл гонец. Так я узнала, что оказывается княжества объединены под рукой Повелителя (князь над князьями), земли которого находились на юге, и что повелитель собирает поход против кого-то из западных соседей. Приказ гонец зачитал на большом сборе, на котором я присутствовала как член семьи. Эта новость буквально выбила почву у меня из-под ног, ведь если князь и большинство мужчин уйдет на войну, то кто защитит город? Я как-то раз решилась и рассказала про сон Влексу, но он лишь неопределенно хмыкнул:
— У нас крепкие договоры с соседями, никто из них не будет нападать, а чужие просто не дойдут до города. Скорее всего это был просто кошмар, забудь о нём.
Но его слова меня не успокоили. Я попробовала найти поддержку среди «военной верхушки», но никто из княжьей свиты ко мне так и не прислушался…
Я бы хотела успокоиться, но никак не могла справиться с растущей тревогой.
Весь город гудел подобно растревоженному улью: семьи собирали мужчин в дорогу, некоторые, оставаясь без кормильца на зиму, покидал город, чтобы перезимовать с родней.
Однако моей усадьбы эти сборы практически не затронули. Никто не собирался призывать моих домочадцев или забирать что-то из продовольствия, что, несомненно, меня радовало.
Наблюдая за укладкой телег, я вдруг почувствовала, что чего-то не хватает. Такое же ощущение у меня впервые появилось ещё тогда, когда меня забирали из «отчего дома». И сейчас я поняла: у войска не было штандартов.
Аккуратно расспросив солдат, я решила это исправить. Всё же княжеству нужен отличительный знак.
У меня лежал большой отрезок ткани благородного голубого оттенка. Это была довольно непрактичная ткань, напоминающая шёлк, поэтому я не знала, где её можно было бы применить.
Золотая нить, к сожалению, у меня закончилась, зато имелись запасы серебряной. Мои домочадцы снова засели за шитьё.
В качестве символа я решила выбрать профиль снежного барса, не особенно задумываясь о существовании такого зверя в этом мире.
Создание отличительных знаков не было жестом доброй воли: мне нужно было получиться разрешение отправиться в Холодную скалу и малая толика власти.
На меховой плащ для «мужа» пришлось раскошелиться: на шкуры еще был не сезон, но мне насколько понравился итог, что я решила сшить такой же для себя. Подбитый внизу коричневым мехом, с внешней стороны он был обшит голубым шёлком благородного, «королевского», оттенка с вышитым зверем серебряными нитками строго по середине.
Конечно, такого количества знамен было мало для такого большого войска, численностью несколько тысяч человек, но всё же эти штуки символизировали власть.