В этот момент появились преследовавшие арпината всадники. Они потребовали, чтобы судовладельцы либо пристали к берегу, либо бросили беглеца в воду. После некоторых колебаний хозяева корабля ответили, что не выдадут Мария, молившего их о защите, и поплыли дальше. Однако вскоре они стали на якорь близ устья р. Лирис и предложили изгнаннику выйти на сушу, чтобы поесть и отдохнуть, а они подождут, пока подует попутный ветер. Но вскоре после того как Марий сошел на берег, матросы подняли якорь и уплыли в море, избавившись от опасного спутника. Тот по бездорожью[374] добрался до хижины старого рыбака, который спрятал его в близлежащей пещере[375]. Через какое-то время появились посланные врагом арпината Геминием из Таррацины всадники, которые стали требовать от рыбака выдать беглеца. Марий, опасаясь, что его убежище будет вот-вот обнаружено, спрятался в болоте, но его нашли там и повели в Минтурны. Здесь его поместили под домашний арест в дом некоей Фаннии, чье дело он в свое время разбирал (Plut. Маr. 38. 4-5; Val. Max. VIII. 2. 3). Хотя, как отмечает в данном контексте Т. Ф. Кэрни, отправлять схваченных под домашний арест в жилище их друзей было обычной практикой, в этом случае такой нужды не было — достаточно было установить личность Мария и убить его на месте. Однако местные власти, очевидно, с самого начала не торопились выполнить приказ — решение было спорным с точки зрения закона, да и в Италии победитель кимвров пользовался огромной популярностью (Carney 1961b, 111, 109). Правда, как тут же замечает Т. Ф. Кэрни, Фаннии были тесно связаны с Метеллами — врагами Мария, но, как уже отмечалось, их влияние к этому времени серьезно ослабело. Знаменитая история с отказом палача-варвара убить арпината, независимо от ее историчности (впрочем, в ней нет ничего неправдоподобного)[376], лишний раз показывает нежелание совета Минтурн брать на себя ответственность за умерщвление необычного пленника. Можно было ведь найти другого исполнителя, однако минтурнийские старейшины предпочли увидеть в этом знак богов (Арр. ВС. I. 62. 276) и помочь арпинату с отплытием[377]. Он доплыл до Энарии, где к нему присоединился Граний (Plut. Маr. 40.2).
После этого Марий высадился на Сицилии. Как полагает Т. Ф. Кэрни, «он мог рассчитывать на поддержку сицилийцев. Восстание рабов здесь подавил в 101 г. его сторонник, доблестный Маний Аквилий, и на острове, по-видимому, были основаны марианские колонии. Кроме того, наместником Сицилии в то время был Г. Норбан — позднее видный деятель марианской группировки, как и до того. Приверженцем Мария был и Стений, видный местный политик из Ферм. Поэтому Марий отправился в Фермы и был там тепло принят». Это следует из того, что позднее Стения обвинили в отношениях гостеприимства с арпинатом (Carney 1961b, 111-112). Плутарх же пишет лишь о высадке близ Эрикса, где находился знаменитый храм Венеры, для пополнения запасов воды, но там людей Мария атаковал местный квестор[378], чьи воины убили 16 спутников Мария и заставили ретироваться остальных (Маr. 40. 1-3). Т. Ф. Кэрни считает, что арпинат продвигался от Фермы вдоль побережья и достиг Эрикса позднее, нападение же предпринял квестор, находившийся в Лилибее и поступивший так, видимо, без консультаций с наместником, по прямому приказу из Рима (Carney 1961b, 112).
Эта реконструкция весьма интересна, однако вызывает немало вопросов. Вполне возможно, что Марий действительно посетил Фермы — греческую Гимеру, а потом отправился в Эрике. Однако наличие отдельных сторонников не означает, что арпинат рассчитывал на
