После произнесенной фразы, Самагра впервые узрела взбешенного Хофу.
"Да как он может знать все?!"
Единодушный вопрос всех знакомых Кадд'ара.
Наверное, еще не придумали того слова, которое с предельной точностью описало бы душевное состояние Х'асира. Стыд, жалость (как к себе, так и тем несчастным, кто пострадал от его ненавистного дара), разочарование в своих силах, разочарование в соратниках из Культа Матери, разочарование в жизни, ярость, паника и еще целый набор противоречивых чувств, кипящим горьким отваром в человеческом чане по имени Х'асир. Уже когда Настоятельница Фашива приказала ему отправиться к Калию и его людям, юноша знал, что в недалеком будущем будет очень сожалеть об этом - и так оно и произошло. Он вдруг понял, что события в Маг Мелле - лишь постановочная игра, чьей целью как раз и являлось разжигание религиозной розни - однако для сего просветления было уже поздно. Х'асир пытался отменить наложенное заклятье или хотя бы урезонить кровожадных детей Воителя, но все без толку: вторая На Ал'ада не знала понятия "Возврат".
Его единственной надеждой оставался Кадд'ар: Х'асир всем сердцем верил, что лидер, который никогда не ошибается, который всегда готов подсказать отверженным Д'аку правильное решение, поможет исправить содеянное. И он бросился искать его, тайком пробираясь через горячие точки - что было довольно тяжелым мероприятием, потому как на этой стороне города стояла Арена Воителя с ее безбашенными (не без помощи Х'асира) солдатами. Каждый раз при виде очередной кровопролитной сцены, где какой-то сподвижник Бога Войны потрошил еще одного мирного жителя, юноша, давясь слезами, проскальзывал мимо, одинаково скорбя как по жертве, так и по палачу.
Х'асир выбежал на главную площадь: удивительно, но вероятно, это было единственное место, которое избежало всепоглотившего урагана разрушения. Здание Совета Зё, где собирались Настоятели для совещаний и непосредственного общения с Мурией, нетронутой святыней виднелось впереди. Ко входу вела целая дорожка, устланная телами в лиловой форме - в ее конце стоял Кадд'ар, вооруженный остроконечным металлическим посохом, и задумчиво вглядывался вдаль.
- Лидер! - завопил Х'асир, ускорившись. - Хвала Свету, лидер!
Подойдя как можно ближе к Кадд'ару, он бросился на колени, стыдясь поднять голову и посмотреть в глаза главе Гилады - вторая цена в На Ал'ада уже начинала напоминать о себе.
- Простите меня, умоляю, простите меня за все. Я не знал, что оно все так обернется. Вернее знал, но хорошенько не подумал. Мне казалось, что я поступаю по справедливости - ведь вы их обманули, а я не хотел, чтобы о ее смерти умалчивали - Рахаль была самой непорочной и доброй душой. Я должен был сделать так, чтобы этих ублюдков наказали - теперь же, я понимаю, что сглупил и сам поддался чужому влиянию. Культ Матери никогда по-настоящему не был моей семьей: они отвергали меня, мою сущность Луны, мой слабый дар - для них я всегда был чужаком. Вы же приняли меня как родного, дали кров и осознание, что хоть кому-то я нужен. Простите, лидер, что подвел вас! - высказался Х'асир.
Парень почувствовал, как чьи-то сильные руки подняли его с колен.
- Можешь не извиняться, Х'асир - я прекрасно понимаю, почему ты сделал то, что сделал, - тихо заговорил Кадд'ар. - Это я тот, кто должен у всех просить прощения. Это я допустил ее смерть, допустил, чтобы Агартху захлестнула волна насилия. Если кого и стоит винить во всем, так только меня.
- Но лидер, - поразился Х'асир, - разве вы не должны негодовать? Я ведь вас предал - из-за меня погибла куча людей! Почему вы так просто прощаете меня - без криков, без ударов, без презрения? Разве вы не заставите меня почувствовать, какое я на самом деле ничтожество? Разве я не заслужил наказания?
- А то, что ты меня вот так умоляешь, уже не есть высшая степень унижения?
Х'асир обомлел. Получается, лидер в курсе о его второй плате?
- Конечно, - ответил на немой вопрос Кадд'ар. - Неужели это так странно? Я думал, вы уже привыкли, что мне все известно ...
Разумеется, Гилада уже не обращала внимания на всеосведомленность Кадд'ара - все списывали это на издержки профессии и просто хорошую эрудированность. Однако Х'асир даже мысли не допускал, что фразу "Лидер знает все" следовало воспринимать буквально: без исключений или недомолвок.
- Так что, юный брат Гилады, поможешь ли ты мне вернуть мир в это царство Раздора? - обратился к нему с воодушевляющим вопросом мужчина.
- Лидер, честное слово, я пытался: это отвратительное зомби-проклятие, как назвал его Боунз, не снимается!
- Всему свое время, - проговорил Кадд'ар. - А сейчас, вперед! Наши друзья в смертельной опасности.
