Первая красавица полностью

Б о г у н о в. Артиллерист.

Ш и р о н и н. Так-так, бог войны, значит?

Б о г у н о в. Говорят.

Ш и р о н и н. И далеко на Западе был?

Б о г у н о в. Да… Берлин… Заезжал ненадолго.

Ш и р о н и н. Молодцом! Мне вот не повезло, не судьба была до конца дойти.

Б о г у н о в. Как это?

Ш и р о н и н. Сапер. В сорок третьем году под Киевом царапнуло случайно. Год пролечился. Потом говорят: все, отвоевал. Демобилизовали. Вернулся домой, осмотрелся кругом. Педагог я. В школе физику преподавал, на фронте мосты строил. Стали кругом жизнь налаживать. Я десятилетку свою восстанавливаю. Так понемногу в работу, в работу, а теперь вот в райкоме всем приходится заниматься. (После паузы.) Ты сегодня хорошо выступил. Правильно обстановку оценил.

Б о г у н о в. Разобраться нехитро.

Ш и р о н и н. Говорил я тут с вашими. Надо, пожалуй, тебе в это дело включаться.

Б о г у н о в. Нет, товарищ Широнин, не выйдет.

Ш и р о н и н. У тебя с Карагиным личное что-то есть, так я понял?

Б о г у н о в. Правильно понял… У него есть.

Ш и р о н и н. Так ты это брось, ты коммунист, фронтовик, тут дело важное.

Б о г у н о в. Дело важное, это ты прав. Но главное в деле человек. А для меня колхоз — это люди, и авторитет мне дороже всего.

Ш и р о н и н (после небольшой паузы). Ну что, может, и правильно! (Испытующе смотрит на Богунова.) Видимо, Карагина менять будут.

Б о г у н о в (неуверенно). Не думаю, да и не стоило бы. Дело он знает. Подраспустился, а лучшего человека пока нет.

Ш и р о н и н. Так полагаешь?

Б о г у н о в. Да, полагаю.

Ш и р о н и н. Ну, тогда вот что. У меня, собственно, с тобой еще раньше был задуман совсем другой разговор.

Б о г у н о в. Что за разговор?

Ш и р о н и н. Соседей знаешь?

Б о г у н о в. Каких?

Ш и р о н и н. «Авангард»?

Б о г у н о в. Вон что!

Ш и р о н и н. Вот давай посватаю.

Б о г у н о в. Нет, брат. Эта штука не пойдет.

Ш и р о н и н. А что? Там тебя знают. Поговорим, да и сами позовут.

Б о г у н о в. Да ты что? Ты сам-то знаешь, что мне предложить хочешь? Ты знаешь, какие там дела? Там природу и людей переиначивать надо.

Ш и р о н и н. Знаю, все знаю. Поэтому именно с тобой и говорю. (После паузы.) Я, брат, физик. Был такой в древности ученый — Архимед. Слышал, наверное?

Б о г у н о в. Ну?

Ш и р о н и н. И сказал этот ученый людям: «Дайте мне точку опоры, и я поверну земной шар». (Кладет руку на плечо Богунова.) Сколько лет мы поворачивали здесь землю и повернули ее на новый лад. Мы с тобой — точки опоры. Нелегко, но надо стоять.

З а н а в е с

Комната председателя колхоза «Авангард». Слева — полуоткрытая дверь, на которой видна табличка: «Председатель колхоза «Авангард» тов. …» — ниже, одна под другой, ряд зачеркнутых фамилии. В комнате у двери небольшой шкаф. У окна стол, за окном — поля, и на самом горизонте постройки соседнего колхоза. У накрытого стола хлопочет  В л а с о в н а. Входит  Б о б р о в. Это пожилой мужчина, инвалид Отечественной войны. Он ходит слегка прихрамывая. В руках у Боброва банка консервов.

Б о б р о в (показывая на банку). А чем открыть найдется?

В л а с о в н а. Так откуда же?

Б о б р о в. Как откуда? Сколько председателей сменилось, и ни один инструмента завести не смог? Бесхозяйственность.

В л а с о в н а. А вы ножичком, Федор Петрович. Ножичком оно даже очень способно. (Берет со стола и подает нож.)

Б о б р о в. Ножи ломать, уважаемая Дарья Власовна, способ дамский, мы уже лучше по-дедовски… (Берет в углу топор, открывает банку.)

В л а с о в н а. Пирог-то нести или обождать пока?

Б о б р о в. Куда же нести, кто его холодный есть будет? Дождемся начальства.

В л а с о в н а. Ох, не сгорел бы он там. (Убегает.)

Входят  Б о г у н о в  и  И г н а х и н.

Б о г у н о в (на ходу). И голосит она, несчастная, на всю округу.

И г н а х и н. Дык ведь все ездили, и я поехал…

Б о б р о в (накрывает закуску газетами, выходит навстречу Богунову и Игнахину). Какими судьбами?

И г н а х и н (очень расстроенный). Здорово! Дай-ко закурить.

Бобров достает кисет. Закуривают.

Б о б р о в. За делом али как?

И г н а х и н. Дык вот на станцию мимо ехал, послали, да повстречал Егора Васильевича, хе-хе.