Застенчивая улыбка вперемешку с взволнованным томительным блеском в глазах действовали на меня как валериана на кота.
Хрипловато рассмеявшись, я резко выпустил Розу из рук, отстраняясь на несколько шагов.
– Ты меня убиваешь. Не думал, что… что могу вот так потерять контроль. Еще и у тетки в гостях. Обезумел в конец. Так что нам безопаснее гулять под ручку на улице.
На лице любимой проскочило испуганно-заинтригованное выражение.
– Ну, если ты хочешь…
Я нервно усмехнулся.
– Роз, ты еще сомневаешься? Да я мечтаю об этом с первой секунды нашей встречи, как только посмотрел в твои глаза. Желание нарастает с каждым свиданием, и еще больше, когда прикасаюсь к твоим губам, – зажмурившись, я вспомнил, когда впервые увидел ее.
– Ох… – тяжело выдохнула она, неловко пожав плечами.
– Вот тебе и ох.
Несколько мгновений мы пристально друг друга разглядывали, а затем расхохотались.
– Я все понимаю, но, пожалуйста, дай мне еще немного времени? – прошептала она, сравняв расстояние и утыкаясь губами мне в шею.
– Р-о-о-о-з! – Я застонал, запрокинув голову. – Тогда не смотри на меня так и не целуй. Иначе… Иначе я взорвусь от переизбытка чувств. – Вновь немного отстранился, подтверждая серьезность сказанных слов.
– Хотя бы до последнего звонка?.. – Она с сосредоточенным видом покусывала нижнюю губу, словно принимает самое важное решение в жизни.
– Я люблю тебя и не собираюсь торопить. Просто помни, любое твое прикосновение чревато для меня. Будь аккуратнее. – Я сгреб Розу в охапку, поцеловав в лоб, и, хитро подмигнув, убежал прочь.
Время неслось со скоростью света: уроки сменялись скучными подготовительными лекциями на филфаке, а Митя еще умудрялся работать. Чтобы не лишиться директорского кресла, Светлане Викторовне пришлось уволить сестру, таким образом, семья Воиновых лишилась единственного источника дохода. Любимому приходилось разрываться между учебой и подработкой, потому что его маме пока не удалось устроиться на новое место.
К сожалению, видеться вне школы получалось нечасто, но мы не теряли оптимизма – осталось потерпеть совсем немного. Скоро мы будем вознаграждены долгожданными летними каникулами.
Кстати, мои баллы на олимпиадах практически гарантировали поступление на бюджет. Осталось только Мите достойно сдать ЕГЭ по математике, и мы оба получим путевки в новую жизнь.
Я вздрогнула, услышав, как проворачивается ключ в замочной скважине.
– Роза, ты дома? – раздался из коридора мамин голос.
Недавно Артак Ашотович перевел ее с должности администратора на модную нынче специальность специалиста по связям с общественностью. Несмотря на обстоятельства, сопутствующие повышению, мама изо всех сил старалась соответствовать новой должности, допоздна вникая во все тонкости работы.
Мне показалось странным, что она вернулась раньше обычного.
– Привет. Обедать будешь? – Я начала собирать тетрадки, хаотично разбросанные по столу, но встретившись с обеспокоенным взглядом мамы, выронила один из конспектов.
– Дорогая, у отца Артака сердечный приступ. Сегодня ночью мы вылетаем в Армению.
– Ох! – Я растерянно всплеснула руками. – Как он?
– Неважно. Хоть бы дотянул до приезда сына. А ведь мы собирались ехать знакомиться уже после ваших экзаменов… – Она горестно вздохнула. – Теперь вряд ли успеем вернуться к последнему звонку. Ты ведь не против, если я поеду с ним?
– Конечно, поезжай!
– Тогда буду собираться.
– Я тебе помогу… – Обменявшись растерянными взглядами, мы покинули кухню.
На большой перемене мы с Митей по традиции удобно устроились на широком подоконнике в конце рекреации, уплетая обед, который я каждый день брала с собой.
– Мне неловко, что ты постоянно меня кормишь. – Любимый резко умолк, взъерошив пальцами растрепанные каштановые волосы.
– Прекрати. Перед отъездом мама оставила нам деньги. Там хватит месяца на три, а их не будет еще от силы неделю.
Чистая правда.
Не стала уточнять, но будущий отчим позаботился, чтобы за время их отсутствия мы с братом ни в чем не нуждались. От удивления я раскрыла рот, обнаружив в верхнем ящике комода увесистую пачку тысячных купюр. Тем не менее решила не транжирить. Вряд ли маме понравится, если мы бездумно все спустим.
К счастью, отцу Артака Ашотовича с каждым днем становилось лучше. Из последнего разговора с мамой узнала, что пожилой мужчина с сыном уже обсуждают приготовления к будущей свадьбе.
– Вроде работаю, работаю, а не могу себе позволить даже по-человечески отметить окончание школы. – Дима оттолкнул контейнер с бутербродами, спрыгнув с подоконника.
Я промолчала, качнув головой. В последние дни он ходил темнее тучи. Разумеется, он нервничал из-за приближающегося экзамена, а еще на него сильно давило нестабильное финансовое положение семьи. Не знаю, как он вообще до сих пор не свихнулся.
– Я тут посчитал – денег хватит на что-то одно. Или гулянка в честь последнего звонка или ресторан на выпускной. Мы и так все в долгах… – Он опустил взгляд.