— Да, ты права… — вздохнула, бросив отчаянный взгляд на порванную тряпку, болтающуюся подмышкой.
— Ты сможешь прийти ко мне прямо сейчас?! — решительно поинтересовалась Аделина.
— Думаю, да. Но зачем?!
— Моя мама врач. У нее полно медицинских костюмов. Правда, она крупнее тебя размера на два, но что-нибудь придумаем!
— Ты, правда, мне поможешь?! — пробормотала, не веря своему счастью.
— Конечно! И с превеликим удовольствием! — хохотнула одноклассница, диктуя адрес.
Спустя час мы сидели за белоснежным кухонным столом Вороновых, лопая борщ с пампушками, и хохотали из-за какого-то пустяка.
— Я же говорила, все будет отлично! Мамкин халат даже лучше впишется в антураж, вот увидишь! — кивнула Ада, запихивая в себя очередную ложку супа.
— Да, пожалуй, только подошью его немного… — улыбнулась, до сих пор прибывая в состоянии эстетической эйфории от утонченного убранства дома.
Аделина рассказала, что два года назад сама составила дизайн проект их новой квартиры, а мне осталось лишь восхититься её работой.
Несмотря на небольшой размер все здесь выглядело уместно, стильно и дорого, хотя подруга призналась, что их семья обладала отнюдь не большим бюджетом. У кого-то явно наблюдался дизайнерский талант!
Нашу беседу прервал звонок в дверь.
— А вот и Лешка! — торопливо взяла тарелку, и, обмыв ее под краном, поспешила в коридор.
Ада вышла следом, останавливаясь около двери.
— Жаль, что уже уходишь! Так классно посидели…
— Значит, точно не в последний раз! — искренне обняла свою спасительницу.
— Не волнуйся, Роза, все будет хорошо! Завтра вас ждет успех! — открыв щеколду, подруга поздоровалась с моим братом, и, перекинувшись еще парой дежурных фраз, мы поспешили домой.
Глава 27.2
До начала спектакля оставалось несколько минут, но актовый зал уже был забит под завязку. Еще бы — сам Дима Воинов исполнял главную роль. Тянуло на событие планетарного масштаба, поэтому за час до мероприятия первые ряды были укомплектованы толпой его обожательниц.
Я дрожала, еле держась на ногах. Боже, зачем ввязалась в эту авантюру?! Но обратный путь закрыт. Нужно собраться и выйти из-за кулис, представ перед школьниками и учителями во главе с директором.
— Роза…
Обернулась, сталкиваясь взглядом с самыми красивыми льдисто-голубыми глазами на свете. Он многозначительно улыбнулся и ласково погладил меня по щеке. А потом наклонился совсем близко и прошептал мне в губы:
— Всё будет хорошо. Просто помни — я рядом!
И страх отступил. Не знаю, как ему это удалось, но у меня за спиной словно проросли невидимые крылья. Вдруг стало спокойно и легко: я попала под невидимую защиту моего Воина.
— И тогда я решил, если ты будешь жива, то непременно на тебе женюсь… — Дима утопил пальцы в моих длинных волосах, пока я лежала на кушетке «блиндажа».
Мы с Кариной Сергеевной сошлись на том, чтобы ничего не менять в сцене поцелуя главных героев, придуманной Богданом. На репетиции Дима послушно прижимался губами к моему подбородку, и я не ждала каких-то изменений во время спектакля.
… А потом он опустил голову, коснулся мягкими приоткрытыми губами моих губ, и нежно поцеловал. Сердце подпрыгнуло, в голове возникла розовая дымка. Мы замерли в этом состоянии на несколько мучительно прекрасных секунд. Слишком волнующе, слишком сладко. Но в то же время мягко и абсолютно невинно. Без присущей ему агрессии или напора. Оказалось, Дима знает толк в самых чутких ласках…
— Встретимся сегодня после спектакля?! — прошептал, слегка отрываясь от моего рта. — У меня для тебя кое-что есть!
Я не успела ответить, так как в этот миг зал разразился оглушительными аплодисментами. Сцена предложения с последующим поцелуем лейтенанта и медсестры была завершающей. Зал аплодировал стоя.
Режиссер помогла подняться на сцену Вере Ивановне — ветерану Великой отечественной войны. Дима сбегал за кулисы и подарил ей цветы, а я просто стояла и улыбалась, как дурочка, до сих пор прибывая в невиданной эйфории.
Я справилась. Мы справились.
Вера Ивановна уверенным твердым голосом говорила напутственную речь, пока у меня в животе распускались бутоны, пели птицы и порхали бабочки.
Губы до сих пор покалывало от его невесомого бережного прикосновения. Однако, когда наши взгляды пересеклись, мне моментально стало нечем дышать — на лице партнера отражались отнюдь не безобидные эмоции. Его обаятельная ухмылка заставила мои щеки пылать в ожидании скорой встречи.
— Дочка, как я тобой горжусь! — мама и Лешка закружили меня в объятиях, наперебой поздравляя с успехом.
В актовом зале творилось какое-то безумие: одноклассники, учителя и даже директриса не скупились для актеров на комплименты. Еще минут двадцать я не могла сдвинуться с места, продолжая принимать поздравления.
— Девочка, спасибо тебе! — крепко обняла меня Вера Ивановна, тихо, но уверенно добавив. — Вы очень красивая пара!
— Это вам огромное спасибо! Если бы не ваша история любви, этого спектакля бы не было! — я бережно сжала ее маленькую сухую ладонь.
— Берегите любовь, — заговорщически прошептала мне пожилая женщина с гордо расправленными плечами.
