– Чем еще вы занимаетесь помимо того, что составляете ей компанию?
– Я астрофизик.
В его темно-синих глазах неожиданно мелькнуло любопытство.
– Люблю звезды, – мечтательным тоном произнес он. – Когда-то они вели меня…
Торнстен поддел камешек носком ботинка.
– Полагаю, вы тоже их любите, раз выбрали эту профессию? – спросил он.
– Так и есть.
– Идемте, я живу в конце дороги. Налью вам выпить, вы поговорите со мной о небесном своде, а потом оставите в покое, идет?
Мы скрепили уговор рукопожатием.
Потертый ковер на деревянном полу, старое кресло перед камином, два стеллажа, забитых пыльными книгами у стен, тяжелая кованая кровать в углу под старым лоскутным покрывалом и лампа на ночном столике составляли всю обстановку самой просторной комнаты этого скромного жилица. Хозяин усадил нас за кухонный стол, разлил по чашкам крепчайший черный кофе и закурил сигарету.
– Что конкретно вы ищете? – спросил он и задул спичку.
– Информацию о первых миграциях через Крайний Север в Америку.
– Миграционные потоки – спорная тема, заселение Американского континента – процесс куда более сложный, чем может показаться на первый взгляд, но все это вы могли узнать из научных монографий.
– Насколько вероятно, – продолжала Кейра, – что какая-то группа покинула Средиземноморский бассейн, чтобы выйти к Берингову проливу и морю Бофорта через полюс?
– Неслабая прогулочка, – ухмыльнулся Торнстен. – По-вашему, они летели самолетом?
– Не ехидничайте, просто ответьте на вопрос.
– И когда же, по вашему мнению, имела место эта эпопея?
– За четыре-пять тысяч лет до нашей эры.
– Никогда ни о чем подобном не слышал. Почему именно тогда?
– Меня интересует конкретно этот период.
– Льды тогда были крепче, чем сегодня, а океан меньше; передвигаясь в благоприятное время года, люди могли осуществить такой переход. Довольно морочить мне голову. Вы сказали, что читали мои работы. Не знаю, как вам это удалось, я мало публиковался, а вы слишком молоды и не могли присутствовать на моих лекциях – кстати, их можно пересчитать по пальцам. Если вы действительно изучали мои работы, значит, задаете вопрос, ответ на который знаете сами, поскольку я защищал теории, за которые меня изгнали из Археологического общества. Теперь я задам два вопроса: что вам в действительности от меня нужно и какую цель вы преследуете?
Кейра залпом допила кофе:
– Ладно, будем играть в открытую. Я не читала ни одной вашей статьи и еще на прошлой неделе понятия не имела о вашем существовании. Один мой друг, профессор, посоветовал найти вас. Он сказал, что вы, возможно, сумеете пролить свет на спорный вопрос о крупных миграциях населения Земли. Я всегда предпочитала искать там, где другие отступались. Сегодня я ищу проход, по которому люди в четвертом или пятом тысячелетии могли пересечь Крайний Север.
– К чему им было предпринимать такое путешествие? – спросил Торнстен. – Что могло заставить их рисковать жизнью? Это ключевое звено в вопросе о миграциях, юная леди. Человек мигрирует только по необходимости, когда испытывает голод, жажду или когда его преследуют, сниматься с места заставляет инстинкт выживания. Взять хотя бы вас: вы покинули свое уютное гнездышко и явились ко мне, в эту старую развалюху, потому что вам что-то нужно, я прав?
Кейра посмотрела на меня, ища в моих глазах ответ на вопрос, о котором я догадывался. Должны ли мы довериться этому человеку, показать ему наши фрагменты и то, что происходит, если их соединить? Я заметил, что с каждым разом интенсивность свечения слабеет. По-моему, лучше сэкономить энергию и не посвящать в дело новых людей. Я покачал головой, Кейра поняла и повернулась к Торнстену.
– Итак? – повторил он.
– Чтобы доставить послание.
– Какого рода?
– Некую важную информацию.
– Кому, позвольте спросить?
– Духовным вождям цивилизаций, возникших на больших континентах.
– А откуда они могли знать, что на таком отдалении от их собственной цивилизации существуют другие, равные ей по уровню?
– Уверенности в этом у них быть не могло, но я не знаю ни одного путешественника, который бы точно знал, что именно найдет, когда доберется до цели. Но те, о ком я думаю, встретили на своем пути немало иных народов и логично предполагали, что в дальних землях тоже живут люди. У меня есть доказательство, что три подобных путешествия были осуществлены одновременно и на далекие расстояния. Одно – на юг, другое – на восток, в Китай, и третье – на запад. Для подтверждения моей теории остается только север.
– Это правда? – недоверчиво спросил Торнстен.
Его тон изменился. Он придвинул свой стул ближе к Кейре, положил руку на стол и стал скрести ногтями по дереву.
– Я не стала бы вам лгать, – ответила Кейра.
– То есть не солгали бы два раза подряд?
– Я хотела вас приручить. Говорят, к вам не так-то просто найти подход.
– Я затворник, но не дикий зверь!
Торнстен взглянул на Кейру: бездонный взгляд его окруженных морщинками глаз было нелегко выдержать. Он встал и ненадолго оставил нас одних.
– Позже мы поговорим о ваших звездах, не думайте, что я забыл про уговор! – крикнул он из гостиной.
