– Как ты это себе практически представляешь? Здесь твоя сестра!
Лайла отвечает немедленно, словно давно все продумала:
– Я считаю, проще всего устроить утопление. Нужно точно рассчитать время. Ты убедишься, что мое сердце остановилось, и лишь потом начнешь меня реанимировать.
Я начинаю расхаживать по дорожке вокруг бассейна.
– Не знаю, как я справлюсь. Я ничего не умею. Искусственное дыхание, массаж сердца…
– Аспен – медсестра.
– Аспен не согласится в этом участвовать.
Лайла подходит ближе и понижает голос:
– Мы ее и не спросим. Несчастный случай. Как только мое сердце перестанет биться, ты позовешь ее на помощь. Я проверю, чтобы одно из окон в их спальне осталось открытым, и она непременно услышит. А если не услышит, ты подбежишь к окну и разбудишь ее.
– Ты спланировала все заранее?
– Не осуждай, – твердо говорит Лайла. – Ты не понимаешь, что творится у меня внутри.
Никогда не видел в ее глазах столько боли.
Она права. И мне не понять глубину ее страдания. Все, что сейчас в моих силах – это любить Лайлу настолько сильно, чтобы довериться ее интуиции.
– А вдруг у меня не получится быстро тебя воскресить? Что будет, если «скорая» увезет твое тело раньше, чем ты сумеешь в него вернуться?
– Ты им не позволишь. Сделай так, чтобы до того меня реанимировала Аспен.
– Аспен поймет, что делать?
– Она медсестра и спасает жизни каждый день.
Не нравится мне все это.
– Допустим, тело мы оживим. Как мы узнаем, что Сэйбл опять не заняла твое место?
– Я не позволю ей, Лидс, – произносит Лайла. С такой убежденностью, что я невольно ей верю. И все равно мне страшно. Впервые с того дня, когда я обнаружил, что привидения существуют.
– Я люблю тебя.
И она отвечает, уткнувшись мне в грудь, отчего слова выходят приглушенными:
– И я люблю тебя. Очень сильно. Поэтому наш план сработает.
Два часа назад мы поднялись к себе в спальню и начали готовиться к утоплению Лайлы.
Два часа назад мне начало казаться – мой мир вот-вот рухнет.
Лайла все распланировала. Даже написала инструкцию и теперь заставляет меня ее выучить, будто мы готовимся к какому-нибудь чертову выпускному экзамену в колледже.
1. Удерживать меня под водой, пока не перестану дышать.
2. Проверить пульс. Когда пульса не будет, немедленно звони 911.
3. Разбудить Аспен.
4. Начать делать искусственное дыхание и массаж сердца.
5. У тебя есть всего пять минут для спасения моей жизни.
Я роняю записку на постель.
– Запомни как следует! – говорит Лайла.
– Мне и нескольких лет не хватит, чтобы решиться на это.
Она похлопывает меня по щеке.
– Понимаю, ты напуган. Я тоже. Но чем дольше мы затягиваем, тем слабее я становлюсь. Нужно поторопиться, пока мы не допустили очередных проколов. Пока у Аспен не появились новые подозрения. – Она забирает у меня бумажку и складывает ее. Затем направляется в ванную и смывает записку в унитаз. На обратном пути хватает мой ноутбук и ставит на кровать. – Я напечатала предсмертную записку. На всякий случай. Не помешает.
Я закрываю лицо руками.
– Предсмертную записку? И ты так спокойно об этом говоришь? О том, что намерена совершить самоубийство?
– Не хочу, чтобы тебя обвинили в моей смерти, если у нас не получится. Я настроила расписание. Письмо уйдет через четыре часа. Ты знаешь логин моего ящика. Если я не справлюсь… пусть оно будет отправлено. А если справлюсь, тогда удали. Иначе его получат все. Ты, Аспен, мама… – Ее голос ровный, почти механический. Лайла полностью отстранилась от того, что нам предстоит.
Она берет мою руку. Заставляет встать и тянет за собой.
Несколько последующих минут кажутся мне нереальными. Лайла выводит меня из спальни и увлекает далее – вниз по лестнице, во внутренний двор.
Она спокойно входит в бассейн. Я словно переношусь назад во времени, в вечер нашего знакомства. Наш первый разговор случился в этом бассейне. И первый поцелуй тоже.
Мой пульс зашкаливает. Не могу дышать.
Лайла стоит по центру бассейна, там, где плавала на спине в наш первый вечер. Как ни странно, у нее такое же выражение лица, как тогда. Безмятежное.
– Лидс, тебе нужно войти в воду со мной.
Я наконец понимаю, почему она так спокойна – потому что в противном случае я начну ее отговаривать.
И все же Лайла права. Нам нужно поторопиться. Она постепенно слабеет от недосыпания.
Скрепя сердце я приближаюсь к бассейну и вхожу в воду. Вода теплая. Вот зачем Лайла еще вчера велела мне включить подогрев – не для того, чтобы просто искупаться.
Мы смотрим друг на друга. Я делаю шаг вперед.
