Это один из немногих весьма точных разделов в
Между тем полк провёл пять месяцев в Пикардии, охраняя канал Ойсе – Айсне до середины января и снова с середины февраля от неуловимых французских войск на другой стороне водного пути. Между двумя вахтами на канале 16‑й полк провёл несколько недель на расстоянии более 30 километров от фронта, где он прошёл переподготовку для предстоявшего германского весеннего наступления, которое должно было положить конец стратегии использования Германией оборонительного, статичного образа действий на Западном фронте. В этот период времени главный стратег Германии с 1916 года Эрих фон Людендорф посетил полевые учения 6‑й резервной дивизии. Ефрейтор Гитлер, всё ещё незначительный посыльный, разумеется, не встретился в этом случае с третьим по значимости человеком в Германии. Однако через пять лет Людендорф станет одним из сторонников Гитлера.
В течение всей зимы, когда рабочие оборонной промышленности в Мюнхене, Берлине и других городах Германии устраивали забастовки, требуя переговоров об окончании войны, боевой дух в полку Гитлера оставался на более высоком уровне, чем был ранее. После потерь первых недель в Пикардии только ещё тринадцать человек погибнут в этот период. В
Однако нет признаков того, что временное восстановление боевого духа изменило общее отношение к войне людей в полку и людей в общинах, из которых пришли солдаты 16‑го полка. Моральное состояние оставалось на критическом уровне, как очевидно из случаев, в которых солдаты полка Листа говорили своим офицерам, например, что они не видели больше никакого смысла в войне или что они предпочтут пойти в тюрьму или даже под расстрел, чем возвращаться в окопы. Более того, большинство баварских солдат относилось с презрением к аннексионистским целям партии Отечества, поскольку они думали, что проводимая партией политика будет служить продолжению войны. Партия была настолько непопулярной среди широких слоёв баварского населения, что военное министерство Баварии старалось предотвратить проведение митингов партией Отечества из страха, что деятельность партии подвергнет опасности народную поддержку войны.
Во время своих ежедневных прогулок по Английскому Саду в Мюнхене Макс фон Шпайдель, бывший командир 6‑й дивизии, который теперь работал в военном министерстве, ощутил крах морального духа в Мюнхене в конце 1917 и в начале 1918 года. Его часто останавливали в парке люди, жаловавшиеся на недостаток питания и спрашивавшие, как скоро закончится война. Шпайделю пришлось осознать, что людей не впечатляли его ответы. Бывший командир дивизии Гитлера также отметил: "Если сядешь в трамвай и попытаешься сделать солдату выговор за продолжение курения, не обращая внимания на присутствие офицера, то почувствуешь, что все пассажиры, включая кондуктора, примут сторону солдата". Так что Шпайдель заключал: "Дисциплина войск в Мюнхене падала с тревожной быстротой. Попытки укрепить её были безуспешными. Также становилось всё очевиднее, что население Мюнхена было измотано длительностью войны и отсутствием провизии".