3‑го декабря полк Гитлера прибыл в Бармен, город, находившийся в избирательном округе Фридриха Эберта, первого послевоенного канцлера, а затем первого демократически избранного президента Германии. На этих постах он будет делать больше, чем это было возможно для любого человека, чтобы направить Германию на путь становления либеральной и парламентской демократии. Однако в Бармене местные представители собственной партии Эберта порвали с ним. Они покинули социал-демократическую партию во время войны, чтобы присоединиться к отколовшейся радикальной левой независимой социал-демократической партии. Эта была та партия, разумеется, что проводила революцию в Баварии под руководством Курта Айснера. Как раз после того, как Эберт стал главой правительства Германии и был в процессе организации выборов в Национальное Конституционное Собрание, представители независимой социал-демократической партии в Бармене и в регионе становились всё более радикальными, призывая против учреждения Национального Конституционного Собрания и за диктатуру пролетариата. Существовало мнение, что весь регион был на грани большевистской революции. Практика применения в городах Германии неместных войск, таких, как полк Листа, была направлена на помощь в предотвращении возникновения большевистской революции и братания войск с местными революционными силами. Прежде, чем жалобы местного населения положили конец этой практике, солдатам полка Листа было приказано охранять Бармен – который был полон красных флагов – винтовками с примкнутыми штыками. По всему региону солдаты 6‑й и других дивизий (по приказу или по своей низовой инициативе – это установить трудно) убирали красные флаги среди одобрительных восклицаний местного населения. Развёртывание 16‑го полка и других баварских частей, разумеется, рассматривалось местными революционерами как свидетельство того, что СДПГ объединилась с силами контрреволюции, что привело к призыву одного местного руководителя независимых социал-демократов покончить со всеми соглашениями и ввести диктатуру. Похожим образом в соседних городах местные революционеры угрожали гражданской войной, в то время как в другом городе региона радикальными революционерами был составлен список заложников местных сановников. Всё это означало, что нужно вытеснить из региона воинские части, такие, как 6-я запасная дивизия, а местное население завлечь в большевистскую революцию.
Таким образом, первый опыт людей полка Листа после их возвращения в Германию был связан с городом, в котором часто можно было услышать призывы к большевистской революции. Примечательно то, что они происходили от членов той же самой партии, что стояла во главе революции в Баварии. Мы можем только предполагать, до какой степени этот опыт повлиял на то, как люди из полка Листа в дальнейшем будут рассматривать политическую ситуацию в Баварии и в Германии в предстоящие месяцы.
Часто отмечалось, что сходство революции в Германии с большевистской было весьма отдалённым, поскольку умеренные среди немецких социалистов численно превосходили радикалов. Этот аргумент не обязательно неверен; тем не менее, у него есть эффект ретроспективного взгляда на события. В то время страх перед революцией представлялся достаточно реальным. Важно также помнить, что русская революция также вначале произвела либеральное и демократическое правительство и что большевики смогли захватить власть в ходе своей последующей революции, которая в действительности была
***
Рано утром 10 декабря, почти через месяц после окончания войны, первый контингент полка Листа, наконец, покинул Бармен в направлении Баварии. Между 12 и 15 декабря поезда, везущие солдат домой, прибыли в Графинг в предместьях Мюнхена, где им был оказан тёплый приём местным населением, и затем их быстро демобилизовали. 12-го декабря Максимилиан фон Балиганд издал последний приказ своим людям, который дал основание для веры в легенду, в соответствии с которой вооружённые силы Германии не потерпели военного поражения: