Хотя в предвоенной Баварии и в предвоенной Германии в целом были полуавтократические политические системы, но Бавария имела реформистскую политическую систему, которая очень медленно двигалась к большей демократии, либерализму и равноправию. Крайне важным было также то, что реформистскую систему в целом поддерживала баварская королевская династия, хотя и не всегда с энтузиазмом. Таким образом, нет противоречия между поддержкой предвоенной политической системы, относительным отсутствием критики кронпринца Руппрехта и короля Людвига III среди людей полка Листа во время более четырёх лет войны и поддержкой Веймарской республикой в начале 1919 года. Когда Людвига критиковали в Баварии во время войны, его в целом критиковали (только) за то, что он слишком легко поддаётся пруссакам, в то время как призывы упразднить монархию были ограничены очень небольшим, но очень громким меньшинством. Несмотря на то, что большая часть критики Руппрехтом ведения Германией войны имела место за закрытыми дверьми, его критическая позиция по отношению к Гинденбургу и Людендорфу была известна всем и её очень одобряли в Южной Баварии. Как очевидно из слухов, циркулировавших в сельских районах Верхней Баварии и Швабии в начале лета 1918 года, кронпринц Руппрехт отказался продолжать жертвовать своими войсками в войне, которая уже была проиграна, и после этого застрелил Гинденбурга на дуэли. Более того, когда в 1932 году была опубликована официальная история 16‑го запасного пехотного полка, Ганс Остермюнхнер из 3‑й пулемётной роты одобрительно подчеркнул в своём экземпляре книги все упоминания критицизма Руппрехтом ведения войны Германией. Вкратце, к концу 1918 года монархия не потеряла всю свою легитимность. Партия Центра выступала за реформистскую монархию. По мере того как война шла к завершению, многие социал-демократы, включая их вождя, поддерживали, часто, безусловно, из прагматических соображений, трансформацию Баварии и Германии в конституционную монархию, а не революцию.
Послужной список Руппрехта наводит на мысль, что он, вероятно, стал бы хорошим конституционным монархом, и что баварская военная и административная элита поддержала бы его, если бы союзники не настояли на отмене монархии в Германии. Например, вот что во время войны Руппрехт доверил своему дневнику: "То, что [канцлера Бетман Хольвега] яростно ненавидят прусские консерваторы за его поддержку расширения избирательного права в Пруссии, говорит само за себя". Это было чувство, разделявшееся баварским военным министром, генералом Филиппом фон Хеллинграт. Подобным образом Альфонс Фалкнер фон Зонненбург, директор агентства по печати баварского военного министерства и бывший соответственно ответственным за цензуру, страстно поддерживал демократическую реформу. Даже Макс фон Шпайдель, бывший командир 6‑й запасной дивизии и непреклонный монархист, из прагматических причин желал сотрудничать с Куртом Айснером во время революции, к моменту которой фон Шпайдель был высокопоставленным чиновником в военном министерстве. Через три дня после начала революции бывший начальник Гитлера встретился с Айснером и предложил ему свою поддержку. В тот же самый день он приехал вместе с революционными делегатами к замку, в котором располагался Людвиг III во время начала революции, чтобы уговорить короля Баварии освободить офицеров баварской армии от их присяги на верность ему. Поскольку короля не нашли, фон Шпайдель решил на следующий день сам издать декрет, призывающий офицеров и солдат армии Баварии сотрудничать с новым правительством. Кроме того, после падения Мюнхенской Советской республики фон Шпайдель станет поддерживать амнистию для коммунистических вождей.
Более того, дед Руппрехта уже показал в 1912 году, что династия Виттельсбахов была готова принять постепенную трансформацию в направлении демократического и парламентского правления, когда он назначил политика от самой крупной партии в парламенте Баварии на пост премьер-министра. Этим политиком был Георг фон Хердинг, прежде бывший главой парламентской группы партии Центра в рейхстаге. Когда Хердинг был со временем назначен рейхсканцлером в ноябре 1917 года, хотя он весьма критически относился к Людендорфу, он инициировал первые шаги в направлении конституционной реформы Рейха и также назначил несколько парламентских лидеров на правительственные посты. Подобным образом реформы баварского избирательного права в 1906 и 1908 годах вывели Баварию в международный авангард прогрессивных и демократических избирательных систем.