— И вообще, это же не ты использовала это заклинание, а Найтмейр Мун.
— Я и есть Найтмейр.
— По поведению не заметно, — я вздохнул. — Луна, извини уж за такой цинизм, но даже если это была ты, то муки совести уже лет девятьсот как не уместны. Или у тебя так зудит закончить начатое Найтмейр, что необходимо себя ежеминутно одергивать напоминаниями о том, чем всё может закончиться?
Она замерла на секунду, а затем как-то преувеличенно бодро рассмеялась.
— Нет, конечно! Это же просто нелепо!
— Прозвучало крайне неубедительно, — сообщил я и ехидно протянул — Интересно, что скажет Селестия по этому поводу?
— Арт! — прикрикнула Луна и тут же сбавила тон. — Пожалуйста, не говори ей об этом.
— О том, какую ковар-р-рную змею она пригрела в собственном дворце? — ехидно поинтересовался я. — Даже не знаю… а что мне за это бу-у-удет?
Но мимолётный взгляд на её мордашку заставил меня осечься. Иногда я ненавижу свою способность читать эмоции, но в данном конкретном случае я скорее был ей рад. Луна выглядела, как человек посреди реки, услышавший, как под ним треснул лёд. Замерла вплоть до мыслей, не веря, что я в самом деле сказал то, что сказал. Срочно исправляться.
Я подался вперёд и сграбастал аликорну в объятия. Знакомый, слегка подзабытый запах ночных цветов…
— Извини, — произнёс я и стянул с неё бандану, давая возможность почувствовать моё раскаяние. — Не подумал.
— Спасибо, — тихий голос над ухом. — Я… боюсь… снова покинуть Эквестрию.
— Больше никаких шуток на эту тему, обещаю.
Мерцающая грива качнулась от кивка, мазнув меня пушистыми прядями по носу, и мне безумно захотелось почесаться, что я и сделал, в процессе обняв Луну ещё крепче. Как хорошо, что основное воздействие чейнджлинговского фильтра восприятия — визуальное!
— На самом деле не мне тебя судить. У самого те же проблемы.
— Ты хочешь захватить Эквестрию? — удивилась Луна и пошевелилась, мягко выпутываясь из моих объятий.
Я хмыкнул и отстранился от неё.
— Нет уж, такого счастья мне не надо. Терпеть не могу делать что-либо тяп-ляп, а лучше Селестии у меня сделать точно не получится, — я вздохнул. — Нет, всё проще… как и ты, я просто хочу не сдерживать своих желаний.
— Кажется, я даже знаю каких, — лукаво улыбнулась аликорна.
— И это тоже, хотя… — я усмехнулся. — Для меня просто раздражитель.
— Тогда о каких желаниях ты говоришь? — наклонила голову Луна.
— Если ты хочешь всего лишь править, то я хочу… — я представил её реакцию и заткнулся. — Нет, знаешь, пожалуй, я лучше промолчу.
— Нет уж, рассказывай, — улыбнулась Луна. — Раз уж ты знаешь мой тёмный секрет, то я хочу знать твой.
— Справедливо, — я вздохнул. — Ладно… ладно.
И ведь не соврёшь ей… уж точно не после того, как я сам стянул с неё бандану. Блин, вот же угораздило!
— Дома, на Земле, на меня частенько накатывало состояние, когда мне хотелось сделать что-нибудь… жестокое. Безо всякой причины.
— Ты? Жестокое? — подняла она одну бровь. Вот же, не верит. Может, оно и к лучшему? Нет, если я после таких предисловий, скажу что-нибудь нейтральное, она решит, что я ей не доверяю… а я доверяю? Хм-м-м… да. Надо же. Тогда…
Я закрыл глаза и настроился. Вспомнил состояние, из-за которого выходил на работу в пять утра, а возвращался через час после окончания часа пик.
Беззаботные. Как можно ходить так близко к краю платформы? А вдруг кто-нибудь ненароком толкнёт под колеса подходящего поезда? Вряд ли он успеет затормозить вовремя. Удар. Брызги, ведь обязательно будут брызги? Красные на белом мраморе стен. И ужас, и женские крики. Неужели эти бараны и впрямь думают, что они в безопасности только потому, что преступника остановит страх наказания? Ха! В такой толпе даже оправдаться не составит ни малейшего труда. Всего лишь развязать шнурок и якобы запнуться… может быть, с платформы упадут даже двое или трое!
— ХВАТИТ! — крикнула Луна так, что у меня зазвенело в ушах.
Я открыл глаза. Аликорну практически трясло, она смотрела на меня так, словно видела впервые. Представляю, что с ней было бы, если бы она слышала мысли, а не воспоминания об эмоциях. Я ведь не переборщил? Не хотелось бы, чтобы повторилась та же история, что и с Твайлайт…
— Ты ведь говорил, что никому всерьёз не вредил! — обвиняюще и всё ещё чересчур громко произнесла она.
— И это правда, — невесело улыбнулся я. — И не собираюсь в дальнейшем. Это тоже правда. Но это не значит, что я не хочу. Говорю же, у нас одинаковая проблема. Хотим сделать то, что ни за что не можем себе позволить. По крайней мере, если хотим остаться собой.
Луна смутилась, а в дверь негромко постучались.
— У вас всё в порядке? — раздался обеспокоенный голос.
— Всё хорошо, — сказала Луна.
— Но я слышала крик… — продолжала настаивать проводница.
— Мне приснился плохой сон, — я посмотрел на неё удивлённо, и Луна скривилась. — Не беспокойтесь.
— Прошу прощения, ваше высочество.
Тихие удаляющиеся щелчки.
— Не люблю врать, — вздохнула Луна.
— Извини. И спасибо.
— Не за что, — она вздохнула. — Мне не стоило так кричать. Просто… мной снова на мгновенье овладели твои эмоции.
