Юра не отрываясь смотрел на Лу. Он прибыл из мира глупости и лени, который искренне ненавидел, но она, несмотря на внешнее изящество и хрупкость, пришла из обители жестокости и корысти. И опыт её мира необходимо принимать в расчет. Жители республики предпочитали просто не замечать проблем Пацифики, ведь она так далеко, что почти не существует, а товары оттуда такие дешевые, что грех не скушать.
– А ты знаешь название корпораций, которые контролируют Пацифику?
– Конечно, все 14 поименно. Они и не и шифруются, в честь себя называют подконтрольные регионы.
– Среди них есть Заслон, Синера или Нью Спэйс?
– Нет. Это что за звери?
– Создатели проекта Синефополиса, его первые инвесторы и разработчики ключевых технологий.
Лу повернулась к Юре и непонимающе наклонила голову.
– Всё, что делают с жителями Пацифики ужасно,– продолжил он, – и я понимаю, что куча корпоратов помешаны на прибыли, но не все же.
– А может, расслабленная жизнь сделала тебя слишком наивным?
– А может, есть еще много прекрасных людей, как твои родители.
Лу снова привстала от удивления.
– Неудачников и идиотов?.
– Мечтателей, жаждущих изменить мир к лучшему.
– Это синонимы.
– Ошибаешься. Просто у твоих родителей не получилось, как и еще у ста миллионов, и то, что им общество этого не простило просто ужасно. Но среди них есть пара сотен, которым удалось. И их пути иногда ой как заковыристы.
– Да неужели?
– Знаешь про Рэд Кодс АИ?
– Впервые слышу.
– Логично, вряд ли на Пацифике популярны метакостюмы. Тем не менее. На сегодняшний день это крупнейшие инвесторы Синефополиса, им принадлежит почти 6% всего города. Эти ребята просто боги искусственного интеллекта и программирования.
– Удивительно, в эпоху цифр и робототехники мастера искусственного интеллекта стали сверхбогатыми, я просто в шоке. Ты прям сотрясаешь мой мир.
– Это тебе только кажется, что в республике все так просто. Там еще с эпохи прорыва полно спецов по ИИ, а вот работы для них все меньше. Поэтому получают они вполне приземленные деньги.
– Видимо, сейчас будет шокирующая часть. – ухмыльнулась Лу.
– Да, будет. Эти ребята поняли, что республиканцам уже давно неинтересны прорывные технологии. А вот если начать делать порноигры для метакостюмов…
– Что, прости? – Лу выразительно подняла брови.
– На земле Рэд Кодс это самые крутые разработчики игровой порнушки. Каждая новая игра продается минимум трехсот миллионным тиражом. А большую часть своих чудовищных прибылей они инвестируют в будущее человечества на Синефополисе.
– Ты поиздеваться решил?
– Даже не думал.
Лу внимательно всматривалась в Юрину мимику, пытаясь понять шутит он или нет и пришла к выводу, что нет.
– И много на Синефополисе таких?
– Да. Не большинство, конечно, но хватает. – Юра почувствовал шанс – Можно я попробую объяснить тебе, почему столько людей убегают с Земли? Обещаешь не злиться?
– Не обещаю, ты всё еще меня бесишь.
– Ладно… – Юра решил все-таки пойти по минному полю – подозреваю, что о жизни в Республике ты знаешь так же мало, как я о Пацифике.
– Я знаю, что у вас бесплатное жилье, еда, медицина, образование, и еще куча всего. Этого уже достаточно, чтобы жалобы на жизнь звучали смешно.
– Пожалуй…
Юра попытался собраться с мыслями и выбрать, с чего начать рассказ, но Лу сочла эту паузу капитуляцией.
– Надо же, как просто. А я уже настроилась на новую ссору.
На её лице снова мелькнула улыбка. На этот раз добрая, нежная, но такая же мимолетная. Сразу следом, также на мгновение, мелькнуло отчаяние и вернулось непроницаемое равнодушие. Так вот зачем она начала этот разговор. За этой циничной скорлупой все еще пряталась добрая девочка, унаследовавшая от родителей мечты о будущем. Она хотела, чтобы её переубедили, просто не верила, что это возможно. Теперь Юру было не остановить:
– Ты слышала гипотезу демократического тупика?
– Видимо, сейчас расскажешь.
– В 2079 году Нова Республика запустила цифровую демократию. Прямую, не фальсифицируемую и обязывающую голосовать всех и каждого. Это создало мощное гражданское общество, политики стали сильно трястись за свои рейтинги и провели целую кучу великолепных реформ. Так начались двадцать пять лет фантастического прогресса, их теперь называют эпохой прорыва. В том числе в эти годы робототехника дошла до того, что позволила ввести ббд. А в 2101, в год моего рождения, в пакет ббд добавили образование. Благодаря метакостюмам, каждый желающий мог получить знания высшей категории, не покидая квартиры.
– Какой кошмар, сейчас разрыдаюсь от ваших страданий.
– Да погоди ты. Этой функцией, даже тогда, воспользовались меньше 0,4% населения.
– Эм. – Лу опять удивленно приподнял брови. Этот пункт ей, приложившей невероятные усилия ради дерьмового образования, был уже непонятен.
– Тогда-то и была выдвинута гипотеза демократического тупика, хотя её раскритиковали и замели под ковер. Слишком уж неприятно звучало. – Юра тяжело вздохнул, – исследователи предположили, что демократия невероятно эффективна, когда большинство населения образовано, но становится тупиком, в условиях всеобщей деградации. И прогноз выглядел неутешительно.
