Но очевидно, что реальным местом упокоения Елены стал сводчатый мавзолей, который Константин построил в ее имении
Когда Анастасий присвоил саркофаг Елены для собственного погребения, он был почти наверняка пуст. Источник IX века сообщает, что в 840 году, во время вечерних молений, монах по имени Феогиз украл несколько ценных кусочков останков Елены и увез их назад в бенедиктинское аббатство Готвиллер возле Реймса. Тремя веками позднее, чтобы предотвратить опустошение гробницы, папа Иннокентий II (1130–1143) приказал все, что осталось от тела Елены, включая голову, убрать для сохранности в церковь Санта-Мария ин Аракоэли, в центре Рима. Сегодня посетители этой церкви, расположенной на старом Капитолийском холме, видят порфировую урну, надпись у которой гласит, что она содержит останки святой Елены{842}.
Санта-Мария ин Аракоэли – одна из многих церквей и монастырей по всей Европе, которые время от времени заявляют, что владеют мощами тела Елены, от Трирского собора до Эштернаха в Люксембурге. При бурной торговле реликвиями в Средние века есть все причины верить средневековым сообщениям, что гробница Елены в Готвиллере между XI и XVII веками стала первейшей целью для гробокопателей – даже если многие продавцы реликвий неизбежно торговали подделками{843}. Каждый хотел иметь кусочек Елены, чья святость к XI веку была повсеместно признана и на Западе, и на Востоке, и со дня ее смерти до настоящего дня множество городов и церквей яростно оспаривают право заявлять об истинном владении ее историей{844}.
Как следствие, Елена после смерти превратилась в богато разукрашенный гобелен, сотканный из мифов и контрмифов, фактов и выдумок, историй и легенд. Среди тех, кто наиболее страстно претендует на нее, – английский город Колчестер, все еще называющий Елену своей святой покровительницей. В XII веке влиятельная и упрямо националистическая «Historia Regum Britanniae» («История королей Британии») Гальфрида Монмутского твердо верила в то, что Елена была не скромной девушкой из хлева в Малой Азии, а уроженкой Британии, более того – дочерью колчестерского короля Коэла («старого короля Кола» из детской считалки). Эти легенды посвящались не только канонизированной Елене, которая нашла Истинный Крест и чей праздничный день в календаре Западной церкви отмечался 18 августа как минимум с IX века, – но также Августе Елене, женщине римского императорского семейства, которая смогла обеспечить связь между Британией и римским императором, которого британские монархи, включая и Генриха VIII, считали своим предком{845}.
Британия, этот холодный и самый северный край Римской империи, должно быть, имеет самые богатые традиции, связанные с Еленой. Они могут казаться странными, но коренятся в сильных связях отца Константина с провинцией, связях, позднее породивших претензии Генриха VIII. Констанций Хлор умер в Йорке, и Константин был объявлен императором здесь же в июле 306 года. Один взгляд на карту этого региона открывает бессчетные доказательства популярности Елены в этих местах: тут и город Сент-Хеленс в Мерсисайде, и тридцать четыре церкви, названные в ее честь только в Йоркшире{846}. «Historia Anglorum» Генри Хантингдона была одной из британских историй XII века, которая заявляла, что Константин подписал мирный договор с Коэлом и затем женился на добродетельной дочери английского короля Елене{847}. Это была та самая Елена, которую Ивлин Во использовал как образец для создания одноименной героини в своем романе, который он закончил под названием «Елена», а не как хотел первоначально, «Поиски вдовствующей императрицы». По словам его друга Джона Бетьемена[34], Во также говорил, что образ Елены был вдохновлен женой поэта Пенелопой – это отчасти объясняет раздражающую склонность Елены 1940-х годов использовать такие экспрессивные выражения, как «чушь» и «ужасно»{848}.
