Я пришел в себя на поле битвы, лишенный памяти. Говорят, я похож на пропавшего внука главы клана Энхард, но та, что может быть моей сестрой, отказалась меня признать. Во мне проснулась способность убивать демонических тварей, но принесла лишь врага, готового на все, чтобы меня уничтожить. Только теперь это не так просто - у меня в руках оружие могущественного полудемона, а за плечом колчан с ядовитыми стрелами. Хотя мне пришлось бежать, я сделаю все, чтобы вернуться, расправиться с врагами и узнать, кто я такой на самом деле.
— Кто ты? — говорить я еще мог.
На лице «Ирдана» снова появилась усмешка, в этот раз более широкая.
— Я? Ни мое имя, ни суть не важны. Я всего лишь проводник воли короля. Когда твоя душа попадет во владения Предвечного, передай ему, что верные слуги с нетерпением ждут его воплощения, что все готово.
Предвечный. Восставший из Бездны. Верно, чей еще алтарь это мог быть?
Сам «Ирдан», конечно, являлся демоном. Очень сильным демоном, сумевшим принять человеческий облик, сумевшим обмануть и жреца на воротах замка, и старших аль-Ифрит, а еще отлично владеющим человеческой магией. А король, которого он упомянул уже дважды — я знал только об одном таком демоне…
— Ты служишь Костяному Королю? — спросил я. Продолжать обращаться на «вы» к демону я не собирался.
— Я выполняю его волю, — уточнил тот и добавил уже по собственному почину: — Король поначалу хотел тебя пощадить. Но ты столько раз мешал его планам, что вся его добрая воля иссякла.
— Почему хотел пощадить?
— Амраны — редкие гости у нас.
Значит, Костяной Король не просто знал обо мне, он также знал о моем демоническом происхождении, о том, что я был потомком Белого Паука.
Паука…
Мои мысли запнулись, потому что в этот момент я вспомнил одновременно о двух вещах, которые, по идее, должны были прийти мне в голову намного раньше.
Во-первых, Кащи. Сомнительно, что Теневой Компаньон смог бы убить такого сильного демона как «Ирдан». Но что-то он все же мог сделать.
Во-вторых, слово «амран» вызвало воспоминания о других пауках, с которыми я имел дело. О тех, которые родились из моей крови и подчинялись мне безоговорочно, и которые до сих пор находились рядом с сердцем Корневой Башни. И там же был мой демонический топор… то есть уже меч.
Я потянулся к паукам, потянулся к мечу — стены, как той, что отрезала меня от магии, не было.
Нить между нами появилась.
Натянулась.
И продолжала тянуться и тянуться, уходя в невероятную даль. А потом, еле слышно, пришел ответ: слабый шелест пауков, почти незаметная дрожь металла, и эхо голоса Корневой Башни, встревоженной моим появлением.
«Ко мне, — приказал я. — Те из вас, кого я выделю — ко мне, сюда».
Призвав пауков, где-то десятую часть их я все же оставил у сердца Башни. Потом потянул меч.
Я не очень понимал, как это все получилось. Как вообще можно переместить столько существ и демоническое оружие через барьер между мирами? Но понимать и не требовалось. Шелест пауков стал громче, их присутствие — отчетливей, а потом рукоять меча ткнулась мне в безвольно повисшую правую ладонь…
И в этот момент кольцо с черным нихарном окончательно сошло с ума. Боль стала невыносимой, меня затрясло, из горла вырвался хрип.
«Ирдан», задумчиво смотревший на алтарь, вскинул голову.
— Что…
Стена, отделявшая меня от магии, рухнула. Оцепенение исчезло. Боль уменьшилась до терпимой. Пальцы сжали рукоять меча.
А потом я понял, что могу видеть магию «Ирдана». Вот переливались бледным золотом его щиты, вот чернильными кляксами выделялись держащие Кастиана магические путы… А вот ко мне, одно за другим, полетели заклинания. Они были разной формы и цвета, и я представления не имел, какая у них цель. Только понимал, что ничего хорошего мне они не принесут.
Когда первое оказалось совсем близко, я, не зная, что еще делать, вскинул руку с мечом и разрубил его… И, самое странное, это подействовало. Магия внутри заклинания рассеялась вспышкой искр, ни одна из которых меня не достала.
То же самое получилось со вторым заклинанием, с третьим, с четвертым…
Нет, конечно, я мог делать это очень долго, как и «Ирдан» мог очень долго кидать в меня все новые и новые заклятия. Но Кастиан тогда точно умрет.
— Кащи, убей того демона, — приказал я, и браслет с моей руки исчез, а через мгновение черная тень оказалась за спиной «Ирдана». На кролика Кащи сейчас не походил, как не походил и на «очень страшную собачку». Бесформенный сгусток темноты, через долю мгновения выстреливший сотней черных щупалец, окутавших «Ирдана», который все же успел повернуться к источнику новой опасности.
Окутавших и тут же съежившихся, отдернувшихся назад и побледневших. Да, я был прав, когда предположил, что настолько сильному демону Кащи не соперник.
Но Кащи не отступил. Вместо того он попытался применить другую тактику — метнулся под ноги «Ирдану», растекаясь черной тенью по снегу, и тот вдруг начал тонуть. Проваливаться в эту тень — по щиколотки, по середину голени, по колено…
Но на этом движение остановилось.
Я успел приблизиться и нанести свой удар как раз в тот момент, когда «Ирдан» отшвырнул Кащи прочь. Нанести не магией, а мечом. Честно сказать, я не был уверен, что «Ирдан» не сумел бы повернуть мою магию против меня же — он ведь сам меня учил. А вот про демонический топор-меч в его присутствии я не упоминал никогда.
Мой меч прошел было через щиты, но остановился, не коснувшись тела «Ирдана».
