Демон тут же вскинул руки — и меня вместе с оружием отнесло назад, а вокруг все потемнело. Я ударил по этой темноте вслепую, куда пришлось — и она рассеялась так же быстро, как появилась.
— Я, конечно, могу убить тебя в любой момент, — сказал «Ирдан» раздраженно, — но это будет пустой тратой твоей жизненной энергии. Все равно ведь умрешь, так хоть сделай это с пользой!
Он явно имел в виду гибель на алтаре.
— Ты всерьез ожидаешь, будто я позволю вот так просто принести себя в жертву? — спросил я недоверчиво.
— Тогда у тебя будет шанс родиться в новой жизни сильным демоном, — отозвался «Ирдан» таким тоном, будто предлагал мне что-то очень хорошее. Да уж, приоритеты у него были явно сдвинуты.
— Я могу превратиться в сильного демона без всякого перерождения, — сообщил я ему мрачно, понимая, что так и придется сделать, если дойдет до выбора между демонической одержимостью и смертью.
Тот лишь хмыкнул в ответ, и я вскинул меч, отбивая два… уже три чернильных пятна заклинаний, очень похожих на те магические узы, которые держали Кастиана. Я попытался снова приблизиться к демону, но тот был настороже и во второй раз не получилось — я лишь уткнулся в непроницаемую невидимую стену, которую ни мой меч, ни магия не взяли.
Мысли у меня вернулись к демонической одержимости — тогда я превратился в амрана, едва императорский советник снял с моего пальца кольцо с черным нихарном. Но Амана говорила, что после инициации демоническая скверна будет уже не так опасна, хотя снимать кольцо и не советовала. Возможно, в этот раз я получу какой-то запас времени до полного перерождения и успею вернуть кольцо на место…
Кстати, а ведь боль в пальце уже почти прошла.
Выбрав момент между летящими в меня заклинаниями, я бросил быстрый взгляд на кольцо и не удержался от проклятия. Во-первых, сейчас я мог видеть настоящий перстень с черным камнем под иллюзией железного кольца. Во-вторых, этот самый черный камень был покрыт сетью тонких трещин. Не совпало ли появление этих трещин с исчезновением боли? Амулет предупреждал меня об опасности демонической одержимости сколько мог, но потом все же не выдержал.
То же самое произошло с обычными амулетами, которые я носил первыми: они тогда пошли трещинами, а потом рассыпались в пыль. Ждать разрушения черного нихарна я не хотел.
Отбив очередное заклинание, я быстро стянул его с пальца и убрал в карман камзола.
Первые мгновения ничего, кажется, не изменилось. А вот потом я ощутил разницу.
Во-первых, зрение, слух, обоняние — все стало острее. Скачок был таким же, как после инициации. Во-вторых, помимо магии я начал видеть что-то, напоминавшее легкий туман — он расползался во все стороны от «Ирдана» и иногда закручивался воронками. Наверное, так выглядела демоническая скверна.
Я вновь метнулся к демону и в этот раз смог пробиться через его защиту, но удар пришелся в пустоту — тот успел отскочить в сторону и вытянул из воздуха собственный клинок, почти прозрачный, будто сделанный изо льда.
— Придется тебя просто убить. Жаль, — сказал «Ирдан».
Наши мечи скрестились. Мое преимущество, к которому я так привык в предыдущих схватках — скорость — сейчас отсутствовало. «Ирдан» двигался так же быстро, как я, бил с такой же силой и, похоже, был не менее вынослив. А еще намного лучше владел магией. Уровень настоящего Ирдана соответствовал семи камням, но как знать, сколько их было у самозванца. Да и вообще неизвестно, как измерялась сила демонов.
Что я мог использовать, чтобы получить преимущество? Что у меня еще было?
Пожалуй, только пауки. После переноса часть их появилась на снегу и тут же спряталась в нем, а часть оказалась на моей одежде, моментально забравшись под отвороты и воротник. Видел ли их «Ирдан»? Я был почти уверен, что нет.
«Идите к демону», — приказал я тем паукам, которые скрывались под снегом.
Я отвлекся едва на мгновение, когда обращался к ним, но «Ирдану» хватило. Обманный выпад, на который я отреагировал чуть позже, чем надо бы — и лезвие его ледяного меча воткнулось мне в плечо…
Я отпрянул назад, только вред уже был нанесен. Хорошо хоть, что плечо пострадало левое. Боль длилась едва одно мгновение, а потом рана онемела.
«Ирдан» улыбнулся и стряхнул мою кровь с лезвия на снег.
— Ты всегда можешь сдаться, — предложил он мирным тоном.
— Обойдешься, — пробормотал я, чувствуя, как онемение расползается по руке дальше. Что именно там с ней происходило, я не знал, под одеждой было не видно, но явно что-то нехорошее.
Когда я превратился в амрана во время схватки с императорским советником, мое тело стало практически неуязвимым. Я прекрасно помнил, как советник швырнул меня в каменную стену, и как на ней осталась вмятина, а сам я ничуть не пострадал. Но сейчас той неуязвимостью и не пахло.
Тень, падавшая от «Ирдана», неожиданно показалась мне слишком длинной и слишком черной — куда длиннее и чернее моей собственной. Кащи? Но пока ничего не происходило — тень, как и положено, полностью повторяла все движения демона.
