— Вот так новость! — воскликнул он, резко подхватив девушку, начал кружить и радоваться.
— Ты, что творишь. Немедленно отпусти меня. Мой парень так не радовался как ты.
— Я радуюсь так, потому что ты моя любимая сестра. А, своему передай, что, когда я его увижу, намылю шею
— Ой, да ладно вам. Разборщики чёртовы. Когда встретитесь, тогда и разбирайтесь. Не злюсь. Я же его люблю, и он меня тоже. Так что он будущий твой родственник.
Прекрасный, солнечный день, еще недавно переполнявший душу радостью, становился пасмурным, обещающим дождь, словно сама природа в один миг куда-то спрятала свою милость и решила одарить, а может просто удивить какой-то томительной сладостной грустью; будто переживая со мной.
Уходишь… Вот удаляешься все дальше и дальше, и с каждым твоим новым шагом душа погружается в что-то неясное темное, готовое поглотить всего без остатка. Хочется крикнуть: «Не уходи, постой, но хоть на мгновение остановись…» Лишь молча гляжу, не понимая, что случилось, что произошло. Как быстро все стало прошлым: влюбленность, нежность, стыдливость, касание губ, рук, счастье встречи… а теперь… почему так происходит, почему два любящих человека, пережив многое, вдруг становятся чужими друг другу, как будто не было ничего между ними.
Чего же не хватало тебе первая юношеская любовь? Порыва…. Задора… Взаимности… Нежности… Стыдливости… Чего? Ты просто сказала, даже не сказала, а дала понять, что не любишь меня. Помню твои последние слова — обычные, в самой обычной ситуации они остались бы такими, но тогда, когда любишь, услышать: «Не обижайся, ты хороший парень, но разве это главное… Ты не такой… Понимаешь, не такой…»
Господи, а какой же я должен быть — ведь все было так хорошо. Теперь… Уходишь… Не сказав… Больше… Ни слова…
А вдруг… Как много значит для меня это «вдруг». Как много оно скрывает в себе таинственного, загадочного, непредсказуемого…
Вдруг вернешься, явишься завтра, под вечер, ровно в пять, на это же место, где сегодня расстались, где сегодня то ли с улыбкой, то ли с усмешкой, то ли просто так, чтобы позлить меня, не сказала, нет, даже не вымолвила, а будто невзначай бросила: «Ты хороший парень, но не такой…»
Не уходи… Но ты исчезаешь… Исчезла. Не верю… Я буду ждать тебя на этом месте, ровно в пять.
Ожидание…
Сколько надежды сокрыто в нем. Надежда на то, что завтра будет прекрасный солнечный день и черные тучи рассеются, и грусть отступит, и явишься ты как обычно, недостигаемая, но родная близкая, та ты ради которой стоит жить, любить, страдать, мучатся.
ОЖИДАНИЕ…
Не знаю чего больше я хочу — новых встреч, твоих взглядов, твоих жестов, а может той опустошённости души, когда рядом ни кого нет, и чудо жизни исчезает, будто песок супящейся из рук, а может другого жаждет душа, неистовства страсти, сладостной истомы, нежных объятий, когда два любящих, два любимых, не в силах скрыть своих чувств, когда небо улыбается пред закатной синью, а ветки деревьев, не в силах прошептать: «Прощай!».
Ожидание…
Все хорошо милая, я не приду, я понял: ты не уходишь, ты остаешься, остаешься вечным ожиданием, ожиданием любви.
Весеннее, пасмурное, туманное утро. Небо заволокли серый тучи, предвещающие приближение непогоды. Верхушки редких деревьев покачивались от проносящегося прохладного ветра.
С улицы доносились звуки проезжающих машин, громкие голоса людей, надоедливый лай бездомных собак, а недалеко от дома, несмотря на праздник, был слышен гул работающей техники и строительных работ.
Подойдя к окну и закрыв его, чтоб не мешал шум улиц, Саша поудобнее уселся в кресло, по привычке облокотившись на спинку, продолжил размышлять над давно волновавшей его проблемой.
С раннего утра в квартире не было слышно ни звука, даже компьютер ни работал. Если в обычные дни мальчик засиживался в играх допоздна, прежде сделав все уроки, то сегодня отсутствовало какое-либо желание. Его маму, врача столичной поликлиники, вызвали поздней ночью на работу из-за возникшего ЧП. Перед тем как уйти, она предупредила сына и сказала, что надо сделать по дому. Как можно быстрее Саша выполнил все, что просила мама и с присущим ему волнением, начал размышлять о том, что так ни давало ему покоя.
***
Комната была обставлена в молодежном вкусе: на стенах висели различные плакаты, на которых были изображены любимые актёры, кадры из фильмов, которые особо ему нравились. Над кроватью висела новенькая гитара, подаренная дядей Петей из Германии. Музыка из простого увлечения давно превратилась для него в смысл жизни.
За прошедшие пару лет Александр успел принять участие во многих конкурсах. В том числе в международных, где соперниками были ребята из Приднестровья, Америки, России, Молдовы и Чехии.
