– Как мне полегчало! – произнес он, разминая мышцы. – Есть новости?
– Чутье тебя не обмануло, Луций Корнелий, – сказал Волюкс. – Югурта первым успел прибыть к моему отцу.
– Меня предали?
– Нет-нет! Положение нисколько не изменилось. Пусть объяснит Дабар. Он был при этом.
– Кажется, Югурта прослышал о посланцах от Гая Мария, – начал Дабар низким голосом. – И потому, что мой царь не вернулся в Тингис, он решил стать лагерем поблизости, на пути между моим царем и посольством Гая Мария. Югурта также послал одного из своих приближенных, Аспара, к моему царю, чтобы вызнать, о чем совещаются царь Мавретании и римляне.
– Понятно. Каковы наши планы?
– Завтра царевич Волюкс сопроводит вас к царю. Вы сделаете вид, будто только что вместе приехали из Икозия. Аспар, к счастью, не видел сегодня царевича. Скажи моему царю, что приехали вы по приказу Гая Мария, а вовсе не по приглашению царя Бокха. Попроси царя перестать поддерживать Югурту. Мой царь ответит уклончиво. Он прикажет тебе расположиться поблизости и подождать десять дней, дабы он мог обдумать предложения римлян. Ты отправишься в лагерь и будешь ждать там. Однако царь встретится с тобой завтра ночью в другом месте, где вы сможете поговорить без опаски. – Дабар пронзительно посмотрел на Суллу. – Тебя это устраивает?
– Вполне, – ответил Сулла и зевнул. – Единственная проблема – где мне переночевать и вымыться? Я воняю, как лошадь. И по мне ползает всякая нечисть.
– Волюкс подготовил для тебя удобную стоянку недалеко.
– Так ведите же меня туда – да поскорее! – И Сулла поднялся.
На следующий день у Суллы состоялся нелепый разговор с Бокхом. Нетрудно было догадаться, кто из присутствующих – шпион Югурты. Аспар стоял слева от великолепного трона Бокха, и никто не отважился встать с ним рядом.
– Что мне делать, Луций Корнелий? – откровенно взмолился Бокх на второй, тайной встрече, которая состоялась ночью в лесах между лагерем царя и стоянкой римлянина.
– Оказать услугу Риму, вот что.
– Скажи, какой услуги хочет Рим, – и я все сделаю! Золото, драгоценности? Земля? Воины? Конница? Зерно? Только назови! Ты римлянин. Ты должен хорошо понимать, что означает это загадочное послание вашего сената. Клянусь, я не понимаю! – Бокх затрясся от страха.
– Все, что ты перечислил, царь Бокх, Рим может взять и сам, – презрительно ответил Сулла.
– Так что же? Скажите мне – что?
– Думаю, ты должен был сам это уяснить, царь Бокх. Жаль, что не догадался. И я отлично понимаю почему. Югурта! Сенат хочет, чтобы ты подарил Риму Югурту. Мирно и полюбовно. Слишком много крови пролилось уже в Африке, слишком много сожжено селений, слишком много земель запущено. И пока Югурта по-прежнему остается в силе, разорение страны не прекратится. Разорение Нумидии беспокоит нас. Разорение Мавретании – тоже. Так что отдай мне Югурту, царь, и я буду доволен.
– Ты хочешь, чтобы я предал своего зятя, отца моих внуков, кровного родственника по Масиниссе?
– Вот именно.
– Но я не могу! – зарыдал Бокх. – Луций Корнелий, я не могу так поступить! Мы такие же берберы, как и пунийцы, нас связывает закон кочевого народа. Выходит, не выслужить мне доброго союза с Римом! Кто я буду отныне? Предатель мужа собственной дочери? Невозможно, невозможно!
– Нет ничего невозможного, – холодно ответил Сулла.
– Мой народ никогда не простит меня!
– Рим тебя тоже не простит. Выбирай, что хуже.
– Не могу! – зарыдал Бокх. Настоящие слезы лились по его щекам, сверкали в тщательно завитой бороде. – Пожалуйста, Луций Корнелий! Я не могу!
Сулла с презрением отвернулся:
– Значит, не будет и договора с Римом.
Так изо дня в день – восемь дней кряду – продолжался этот фарс. Аспар и Дабар разъезжали с записками туда-сюда между маленькой стоянкой Суллы и царским шатром – и все без толку. Сулла и Бокх, храня тайну, общались только по ночам.
Сулла обнаружил, что ему нравится ощущение власти, которое давало звание посланца Рима. Ему нравилось демонстрировать непреклонность, подтачивавшую – капля за каплей – волю мавретанского царя. Он, не бывший царем, повелевал царями. Быть римлянином – значит обладать реальной властью. Это волновало и радовало.
На восьмую ночь Бокх снова вызвал Суллу на тайное место их встреч.
– Хорошо, Луций Корнелий, я согласен, – сказал царь с красными от слез глазами.
– Отлично! – отрывисто похвалил Сулла.
– Но как это сделать?
– Проще не бывает. Ты посылаешь Аспара к Югурте с предложением выдать меня ему.
– Он мне не поверит! – В голосе Бокха прозвучало отчаяние.
– Поверит! Увидишь, еще как поверит!
– Но ты всего лишь квестор!
Сулла засмеялся:
– Хочешь сказать, что римский квестор ниже нумидийского царя?
– Нет! Нет, конечно нет!
