— У меня на Чайном Саде остались всего двое из всей команды. Погибло больше, чем в моём первом взводе всего бойцов было… Ничего — ни родителей, ни родного мира, ни друзей… Всё погибло. Я буду копать, пока не исполню всех виновных.
***
На следующий день, по корабельному времени, естественно, я уже готовился к первому этапу оперативной комбинации.
— Ты должен соответствовать образу, держи себя в руках. — Синий продолжал меня наставлять до самого последнего момента. — Связь односторонняя, мы слышим, что происходит вокруг тебя, но не более. Команды помнишь? Где маячки? Не прое…
— Зануда? Кто из нас двоих инквизитор? Ты или я?!
— Если провалимся, такая самодеятельность на императорском флагмане, даже для инквизитора, будет стоить дорого. — Ромул вставил свои пять копеек. — Загонят до пенсии в захолустье с двойным тяготением…
— Отставить нытье. Работаем. — Я одернул китель, бросил взгляд в зеркало и вышел из своего кабинета.
В нужную компанию я влился благодаря Колодину. Намек на совместную службу с ним в прошлом — и меня уже принимают не как экзотического персонажа. А, спустя несколько часов активных возлияний легковоспламеняющихся жидкостей, я был уже почти свой. Зная допуски участников застолья, я позволил себе рассказать историю с первым объектом Евгения, захваченным в ходе боевых действий. Немного юмора и самоиронии сдобрили скучную засаду и довели её до вкуса. Это добавило мне характеристику «свой, космодесантник». Все остальное время я старался слушать, задавать наводящие вопросы и подпускать жалости о гибели Чайного Сада к месту и не к месту. В конечном итоге, когда к компании присоединились интересующие меня персоны, часть офицеров были убеждены, что я слишком переживаю из-за гибели этого заштатного мирка и успокаивала меня, а другая часть пыталась разгадать, что я, все-таки, затеял. Но крайне глубокая степень алкогольного опьянения не позволяла никому за нашим столом добиться результатов.
— Я рад, что мне представилась возможность познакомиться с Вами в неформальной обстановке, Клим Александрович. — Это был исполняющий обязанности планетарного губернатора, назначенный имперским кабинетом в самом начале моего расследования. Мы с ним пересекались несколько раз, мельком, и я собирался разрабатывать его в более спокойной обстановке без цейтнота и помех. Сейчас же времени на реверансы не было.
— Мое почтение, Ренат Константинович. Помянем наш мир… — я протянул свой бокал и, пока он не успел отреагировать, тут же выпил его залпом.
Новый собеседник был удивлен, но молча выпил, шумно выдохнул и заговорил с одним из своих спутников о чём-то постороннем. Я продолжал пьяную беседу с двумя прайм-капитанами, которые пытались вывести меня на чистую воду, но я постоянно сворачивал разговор на гибель Чайного Сада и свое горе. Колодин мне подыгрывал и утешал меня, создавая нужное впечатление обо мне — раскис юнец. Наконец, экс-губернатор не выдержал.
— Вы зря так убиваетесь, вряд ли в сложившейся ситуации можно было что-либо изменить.
— Всегда можно… Столько жертв! А мы даже не знаем кто… — Я опять выпил, якобы проговорился. Мой визави заглотил наживку. Алкоголь не делает людей умнее.
— Гражданские волнения не первый раз приводят отдаленные колонии к гибели. — В голосе экс-губернатора было достаточно удовлетворенности, что бы я прямо здесь исполнил его приговор.
Часть офицеров стали прислушиваться к нашему разговору. Музыка и стюардессы продолжали поддерживать непринужденную обстановку загородного клуба. А за нашим столом атмосфера стала напоминать знойный воздух Марсианских полигонов.
— Почему никто не хотел договориться? — Я уставился на экс-губернатора с максимально вопросительным выражением на лице, пытаясь выглядеть при этом как можно пьянее. Видимо мне удалось убедить его в нужной версии об истинной подоплеке событий на мертвом теперь мире.
— Как договориться с фанатиками? Призывы к независимости всегда были сильны на Чайном Саде. Это я говорю Вам, как человек, двадцать лет прослуживший на благо общества.
После этой фразы я почувствовал легкую головную боль и еле удержался от немедленной реакции. Вместо этого я расслабился и на пару мгновений закрыл глаза. Когда я вновь посмотрел на своего собеседника, боль усилилась. Я откинулся на спинку кресла:
— Мы тут что, есть собрались? — я налил себе из первого попавшегося кувшина и выпил бокал залпом. Надеюсь, что я выглядел достаточно пьяным в глазах своих собеседников. Я понизил голос и как можно более доверительно прогудел в его сторону, — Есть у меня, господин губернатор, планы на арест троих ублюдков, обманувших имперскую безопасность! Они ещё на свободе, но осталось им недолго. Полчаса допроса и мы будем знать их планы и тех, кто их покрывает!
Экс-губернатор среагировал молниеносно. Термопистолет уже поднимался в мою сторону. Это было табельное оружие одного из офицеров, хрипевшего с перебитым кадыком напротив меня. Три выстрела в батарее, но мне хватит и одного. Я сидел напротив экс-губернатора.