Как жаль, что горн уже потух и нет возможности напугать ее огнем. Я сделал выпад вперед, пытаясь засадить острой частью багра прямиком в глаз, но крылатый ужас тут же отдернул морду назад и попытался контратаковать меня.
В этот раз я сделал шаг назад, перенеся вес всего тела.
— Как зарядить⁈ — гаркнул Иван, пытаясь разобраться с механизмом, пока я устроил смертельную пляску вместе с… монстром.
— Тяни рычаг, болт в ложе! — ответил я, делая резкий рывок в сторону в тесном пространстве. Пришлось врезаться плечом в стену, так как не успевал остановиться, но лучше так, чем получить прямо удар когтистой лапой сверху-вниз.
Я махнул багром наотмашь, но тварь лишь наклонила голову и заклекотала, словно насмехаясь над моей попыткой. Ничего, мы еще посмотрим.
Краем уха я услышал, как Иван потянул рычаг, как стали трещать металлические пластины вместе с новой тетивой.
— Смотри в прицел! — крикнул я, отбивая косой удар лапой с новой попыткой нанести колющий в пасть. — Наведи его ровно в туловище!
Мне пришлось отскочить назад, чтобы разорвать дистанцию с тварью, которая решила прекратить игры и просто кинулась всем телом ко мне, явно намереваясь ухватить челюстью прямо за горло. Не тут-то было. Мое тело стало куда крепче за последние дни. Постоянное движение восстанавливало мышцы и заставляло их наращивать новое мясо.
Дзинь. Лязгнула тетива. Я услышал как болт с шорохом скользнул по ложу и вылетел наружу, покинув арбалет. Услышал, но не увидел, потому что скорость его была сумасшедшей.
Существо, что двигалось в мою сторону задирало морду, продолжая издевательски клекотать и явно не ожидало, что ему смогут принести хоть минимальный вред.
Однако арбалетный болт, выпущенный из модернизированного оружия, сделал то, на что я и рассчитывал. Снаряд прошил голову твари насквозь с такой силой, что разворотил череп, оставив почти что по центру морды широкое отверстие, после чего с глухим звуком встрял на половину в крышу кузницы.
Все равно собирался ремонтировать крышу, не страшно.
Развернувшись по оси, я со всего размаху ударил крючковатой частью багра в то место, где у метавшейся твари на голове была височная часть. Металл вошел трудно, но с первого раза, отчего тварь еще раз громко заверещала, взбрыкнулась и обмякла.
Выглянув наружу, я увидел, как две их подружки, махая крыльями, поднимались ввысь, явно стараясь разорвать дистанцию с кузней. Я выронил багор, который с металлическим звоном тут же упал на пол мастерской и, вибрируя, замер.
Уперевшись рукой в стену, я просто дышал, потому что голову словно сдавили тисками, а мир вокруг стал кружиться, будто бы я сидел на карусели. Сердце бешено колотилось в груди, не желая останавливаться ни на секунду.
Уперевшись спиной в стену, я медленно сполз по ней и уселся на пол на задницу, успокаивая дыхание.
— Ты как? — сквозь шум в голове и ухающее сердце услышал я вопрос Ивана, на который лишь отмахнулся рукой.
— Нормально, — ответил я. — Как голова?
На что хламник вновь прикоснулся рассеченного запекшегося места и посмотрел на кончики пальцев.
— Заживет, — сказал он. — Бывало и хуже.
Спазмы достигли своего апогея, заполнив голову перманентным звоном, от которого мне казалось, что недолго сойти с ума. Стиснув зубы, я ждал, когда это пройдет и снова не успел заметить момент, когда все остановилось.
Иван стоял рядом, просто глядя на меня.
— Ты точно в порядке? — спросил он, протягивая мне руку, чтобы помочь встать. Ухватившись, я ощутил действительно крепкую хватку, которой он и помог мне подняться.
— Да. Благодарю.
Я поднял взгляд на потолок, глядя на то место, куда воткнулся болт — мне не показалось, он действительно вошел на половину своей длины.
— Никогда бы не подумал, что Бьянка на такое способна, — сказал Кречет, проследив за моим взглядом, после чего пнул остывающую тушу монстра.
— Пойдем, — сказал я, — надо сказать всем нашим, что все в порядке.
Жгучая невыносимая боль пронзила Виктора Цепеша два раза подряд, отчего его тело изогнулось дугой с таким напряжением, что, казалось, еще мгновение и позвоночник не выдержит такой нагрузки и переломится. Каждая мышцы натянулась, как стальной канат, а лицо было перекошено гримасой невыносимой муки.
Пламя свечей медленно колыхалось от его движений, из-за чего тело Виктора отбрасывало уродливые тени по периметру.
Магия контроля над существами была уникальной в своем роде и редкой. А еще многие маги старых времен, открыв в себе такую силу, либо не развивали ее, либо пользовались с предельной осторожностью к своим существам, так как любые увечья, а тем более смерть, передавались хозяину по энергетическим каналам.
Страшно было представить какую агонию испытывал Виктор Цепеш, когда два его Создания Ночи были убиты одно за другими.
Имея трезвый холодный ум, граф не кинулся пороть горячку в попытке мести, нет. Он сделал выводы и предусмотрительно отвел оставшихся выживших существ домой.
Они всего лишь хотел припугнуть своего нового знакомого, который решил заниматься запрещенной наукой и заодно узнать, что он успел сделать.
