— Хо! Ха! Ха-ха-ха! — Цепеш зашелся гомерическим смехом, взявшись руками за живот, что если бы мы выстрелили прямо сейчас, мне казалось, он бы даже не успел среагировать. Поэтому я и сказал:
— Огонь, — и сам нажал на спусковой крючок, отправляя болт в сторону графа Виктора Цепеша. Если не попаду в голову, то острое жало болта должно как минимум вонзиться ему куда-нибудь в районе груди и доставить неудобства.
Я не сразу понял, что произошло, однако кое-что осознать успел. Например то, что граф лишь щелкнул пальцами, как все болты, летевшие в его сторону, тут же сменили траекторию и вонзились в землю. Это мне напомнило результат недавней стычки, в которой один из группы рунных магов заблокировал наш залп при помощи невидимой преграды, вот только в этот раз стрелы просто мгновенно сменили свой путь просто под углом девяносто градусов.
— Глупец! — снова хохотнул он, словно наслаждался происходящим. — Кругом дикий лес! До ближайшей территории царя Долгорукова добрых пятьдесят или больше километров! Ты находишься на земле, что когда-то подчинялась Указам, а значит — я, как представитель старого закона, имею полное право вершить судьбы по собственному усмотрению, если хоть кто-нибудь здесь пошел против слова императора!
Я хмыкнул.
— Тогда вы заблуждаетесь, граф. Все мои научные исследования была проведены на территории, что принадлежит государю Алексею Петровичу Долгорукову, на которой все Указы отменены и дана добрая воля на исследования, а значит — вы не следуете закону, а занимаетесь своеволием, потому что по старому Указу я должен был совершить преступление где-нибудь здесь, — я скрестил руки на груди и слезка закинул голову. — Но здесь я — всего лишь хламник, что собирает старый мусор для продажи и не более того.
Цепеш фыркнул. Ему не понравилось то, что я сказал. Потому что логически я был прав. Может быть, он и поехавший последователь покойного императора и готов соблюсти абсолютно все его старые требования, которые он вынес на бумагу и назвал «Законом». Но именно поэтому буквоед был ограничен, так как юридически я ничего не нарушал.
А значит и судить он меня права не имеет.
Он вздохнул, после чего посмотрел на меня и пожал плечами.
— Да какая разница, барон. Я все равно тебя убью.
Замечательно. Вот и поговорили. Почему-то в голову пришло короткое воспоминание, как мы с друзьями спорили после какого-то фильма, что многое можно было бы решить в диалоге. Даже конфликты, на которых строились сюжеты целых сериалов можно было бы решить буквально парой фраз в спокойной обстановке.
Но теперь, находясь в ситуации, которую, казалось бы, я ловко развернул юридически, так как думал, что этот напыщенный самодур подчиняется какой-то там выдуманной букве закона, я увидел, что не все решается словами.
Как тут что-то решишь, когда даже после неоспоримого факта я слышу «какая разница? Я все равно тебя убью».
Хрен там ты угадал, Цепеш. Еще пощады будешь просить.
Меня отвлек возглас Маргариты, которая почему-то скорчилась, сидя на лошади, словно ее одолели сразу почечные колики, дизентерия и инфаркт миокарда.
Но отвлечься я сейчас не мог, потому что Цепеш занимал все мое внимание.
— Покончим с этим быстро, — сказал он, резким движением сняв кожаную перчатку с кисти. Во второй руке он держал что-то тонкое и блестящее, напоминающее мне скальпел.
Завидев эти действия, Хозяин Леса встал в стойку, которую я расценил, как подготовку к тяжелому бою. Он чуть наклонился вперед, разведя свои лапы и недовольно зарычал подобно огромной собаке.
Граф Виктор Цепеш ловким движением вонзил тонкий блестящий предмет себе в указательный палец, после чего я увидел, как на его пучке выступила маленькая капелька крови. Внутри у меня похолодело, потому что в моем сознании еще свежи были воспоминания к чему привели подобные происшествия в городе.
И мне абсолютно не хотелось снова столкнуться с обезумевшей оравой диких зверей переростков, которые ринутся по запаху крови и плоти в нашу сторону.
Но Цепеш не останавливался. Раненым пальцем он выводил символы в воздухе, что зависали, подобно фигуркам и светились тусклым красным светом.
Он пишет руны, догадался я. Он пишет какое-то сложное заклятие, связанное с кровью… невозможно… рунная магия по словам Скворцова была автономной. Ей не нужны были никакие дополнительные вещи в виде подпитки.
Или… или этот граф что-то узнал… Да, этот чертов сукин сын явно что-то узнал. Он написал мне письмо на листе бумаги из мой эпохи, а значит у него был доступ к старым знаниям. Если не ко всем, то к каким-то конкретно точно был. Иначе и быть не может.
И это объясняет его напыщенность, его желание устранить все, не побоюсь этого слова, конкурентов. Слепой исполнитель указа императора? Куда там! Упивающийся собственной исключительностью идиот. Он считает себя умнее всех. Выше всех и при этом с удовольствием отбирал у других способность к обучению и к развитию. Потакал идиотским решениям императора вместо того, чтобы образумить старика.
