Нет, все такой же серый металл, легкий в руке, покрытый слоем окисла, который никаким образом мне не помешает в переплавке. Из хорошего — легкий сплав, который можно пустить для использования домашней утвари или, на крайний случай, на провода, хотя потери будут сумасшедшими.
Либо тоже на элементы для оружия.
Еще на глаза попалась толстая крановая цепь, которая висела на одной из стен из пенобетона. Судя по всему, здесь до того, как все накрылось медным тазом, могла идти стройка. Но утянуть ее, наверное, в этот раз нам не удастся.
В правом глазу почти на самой границе видимого что-то мелькнуло. Я повернул голову, пытаясь отследить движение, но тщетно. Странное ощущение поселилось в голове, будто склизкая щупальца трогала меня прямо по мозгу. Неприятное и абсолютно отторгающее ощущение, от которого становилось не по себе, а волосы на затылке вставали дыбом.
Шорох. Тихий и ненавязчивый. Он заползал в оба уха и проникал прямо в черепную коробку, заполняя собой все пространство, как тяжелый дым опускается на пол в замкнутом пространстве.
Вот что оно такое.
Пока я не понимал ни слова из того, что происходило в голове, лишь склизкое ощущение и неразборчивое шуршание, но я заметил, как все мои спутники вмиг стали куда более напряженными.
Болезненные воспоминания явно пробрали их до глубины души, а значит придется действовать быстро и хватать все, что можно отодрать и грузить на повозку.
— Вон те листы, — сказал я, указав рукой, их забираем. Посмотрите вокруг, если найдете пластиковые трубы, — и тут я осекся. Знают ли они что такое пластик? Что такое полимер? — гладкие трубы, не металлические, — уточнил я, — сразу дайте мне знать. Если найдете прозрачное стекло — тоже, пригодится. Иван, видишь вон ту вещь, что на крыше болтается синеватого цвета, деленная на сектора?
— Да, — отозвался он.
— Нам с тобой нужно ее снять.
ГЛАВА 3
Природа Шепота оставалась для меня загадочной все то время, что я находился среди руин небольшого городка. Это непередаваемое ощущение, которое я только пробую описать словами, воспроизводя по памяти.
Ощущение, словно динамик находился прямо внутри моей головы и из него тянулось медленное назойливое и едва различимое шуршание. Что-то неприятное, зацикленное с определенной периодичностью и абсолютно неразборчивое.
Хламники по моему указу складывали в повозку все то, на чем я акцентировал внимание: арматура, полимеры, стекло, куски проводов в изоляции длиной от полуметра и больше.
Среди всего разнообразия остатков былого человеческого развития попадались и вещи неизвестные моему разуму. Прочный материал, который напоминал мне ткань из моего времени, но куда более прочную и устойчивую к ветшанию, потому что те обрывки, что попались мне на глаза, лежали тут явно не первый год.
Мягкая наощупь, прочная на растяжение и имеющая голубоватый оттенок. Было бы неплохо получить несколько рулонов этого материала, чтобы попробовать сделать из него одежду. Что-то подсказывало, что эта синтетика обладала неплохими изоляционными свойствами, но при этом была приятной к телу.
Также попадались различные небольшие элементы явно он техники, которая заменила людям телефоны, телевизоры и прочие домашние приборы.
Даже стало интересно до чего могло дойти человечество в самый пик развития, которого оно достигло. Квантовые посудомоечные машины? Электродвигатели на нулевой тяге, о разработке которых говорили чисто теоретически еще в мое время? Линзы дополненной реальности со встроенным искусственным ассистентом, который на озвученные вопросы тут же давал текстовую или звуковую подсказку, если был подключен наушник?
Жаль, что я этого никогда уже не узнаю. Остается лишь догадываться, разглядывая неизвестные мне детали, значение которых я не пойму.
Хруст битого стекла в комнате заставил меня вынырнуть из размышлений, в которые я погрузился буквально на мгновение. Хотя, если учитывать мое ухудшающееся состояние, то не исключено, что я мог стоять уже около полутора минуты, разглядывая просто кусок пластика в пальцах.
— Нашел что-то интересное? — спросил Иван, рассматривая старую лестницу, которая вела на второй этаж домика, где была прикреплена солнечная панель.
Внутренняя отделка дома тоже меня удивила. Почти все было сделано из искусственного материала, напоминавшего шлифованный камень, но куда менее прочный. В нем все также были видны прожилки и общая структура, но по факту оно служило лишь украшением, которое я даже не знал как применить в жизни.
Дорогу из него не вымостишь — разобьется. А можно ли его переплавить или использовать в других целях — тоже неясно.
— Нет, — ответил я предводителю хламников, — ничего полезного. Судя по всему, здесь все вынесли еще задолго до вас.
Иван пожал плечами.
— Не все люди хотели оставаться при крупных городах. Кто-то кочевал всю свою жизнь еще при императоре, но таких были единицы, потому что они лишались всего и существовали только за счет собственных сил. Что поймали — то и съели. Что построили — в том и жили.
— Не особо радужная перспектива, — ответил я.
