Даже лоза втянулась в скалу, оставив снаружи только нарост. Аня передёрнула плечами от отвращения, отметила, что за них дают сущие крохи и перестав обращать внимание, продолжила спуск.
Глубина уже перевалила за расчетные восемь километров, но дна всё так же не было видно. Температура подскочила — снаружи было бы уже невозможно дышать, но костюм легко компенсировал перегрев.
На десятом километре живность начала исчезать. Крабы, лозы, даже мелкие насекомые — всё пропало. Осталась только голая порода, испещрённая вкраплениями минералов.
— Товарищ генерал, есть новости. — Поняв, что лететь вниз можно ещё долго, решила она выйти на связь с Томилиным.
— Привет Ань, как дела?. — Голос нового главы ФСБ несмотря на то, что на Земле царила глубока ночь, был бодр, без малейших признаков усталости. Хотя с учетом текущей ситуации это было неудивительно, работы хватало всем. — Что там у тебя?
— В вулкане мы нашли расщелину, и я спускаюсь по ней. Уже на десяти километрах, но она всё никак не заканчивается. Похоже, могу заложить бомбу гораздо ниже. Нам как, нужно вообще это или нет?
Повисла пауза. Затем Томилин глубоко вздохнул.
— Слушай, ну вообще, как мне объясняли, если бахнуть на границе литосферной плиты, то в теории, эффект может быть в разы сильнее. Понятно, что гарантии никто не даст, так как натурные опыты не проводились, но в моделировании картинка складывается впечатляющая. Так что, если ситуация позволяет, спускайся как можно ниже, и возможно, нам повезет. Я тогда прямо сейчас отправлю ещё один отряд на ваши старые координаты, они заложат ещё один заряд.
— Хорошо. Наберите Машу, она скинет метку, где находимся. Дорога по идее зачищена от препятствий, наверное, можно даже использовать технику, чтобы добраться быстрее. Я тогда продолжу опускаться ниже. Отзвонюсь по результатам. Отбой связи.
Она снова двинулась вниз. Пятнадцать километров. Двадцать. И наконец достигла дна расщелины. Вот только это был не конец, а скорее уступ, дальше уходящий по диагонали вниз. И где-то далеко, далеко, на грани видимости был заметен слегка видимый оранжевый отсвет, словно внизу горит множество костров.
Уровень температуры воздуха начал стремительно повышаться и она, продолжая путь, ещё через несколько километров — поняла, что видит не костры, а самую настоящую лавовую реку.
Магматический поток, шириной в пару сотен метров, текущий по дну расщелины. Он медленно, словно лениво тёк, уходя куда-то влево и вниз, под скалу.
Она сняла видео, записав впечатляющее зрелище, сбросила Томилину и снова позвонила генералу через несколько минут, дав время на анализ.
— Вы видите это? Я нахожусь на глубине двадцать пять километров от уровня моря.
— Щас, подожди минутку. Я пригласил к себе в кабинет геолога, и он смотрит запись. — Прошло немного времени, и он продолжил. — Специалист говорит, что это граница литосферы. Ты на уровне верхней мантии, которая обычно расположена гораздо ближе, но тут выходит к корням супервулкана. Если взрывать здесь…
— … мы разорвём планету на две части. — Закончила она его фразу.
— Ну нет. — Сразу остановил он её, слегка усмехнувшись. — Планета останется цела, а вот жизнь на ней — не факт. Доставай малышку, только осторожно, это экспериментальный образец. Очень разрушительный. И возвращайтесь домой. Думаю, нет смысла в дополнительном отряде на вашей точке — даю команду отмены парням, хорошо, что они ещё даже не выдвинулись.
— Ладно, — Аня глубоко вдохнула и направилась к лаве. — Пора ставить бомбу.
Отчёт тестирования тектонического оружия на полигоне «Сильфия-восемь»*
Мужчина, уже в принципе знакомый с содержимым бумаг, взял их в руки, открыл и углубился в чтение.
