Из плюсов — все непосредственные участники операции получили около сотни уровней за уничтожение целой планеты. Из минусов — теперь необходимо докладывать это президенту лично. Как он воспримет, непонятно. Но одно ясно точно — репутации миролюбивых разумных в галактике им не видать.
— Надеюсь, меня за это не уволят. — Тяжело вздохнул он и набрал экстренный контакт для связи.
Глава 15:
Богдан сделал последний глоток, выругался, и швырнул пустую банку в угол. Крыса, до этого осторожно подползавшая к его ногам, испуганно пища, скрылась в щели, и он проводил её мутным взглядом, сетуя на то, что поспешил, спугнув добычу. Не то, чтобы еды не хватало. Нежданный гость, появившийся у него недавно, оставил достаточно, чтобы ни в чем не знать нужды, просто появившаяся за годы привычка запасаться провизией была воистину неистребимой. Как и населяющие этот подвал крысы.
Он мазнул рукой по лицу — кожа была жирной, давно не мытой. Иногда, в моменты просветления он, конечно, принимал своеобразный душ, щедро расходуя спирт на обтирание, но потом не выдерживал, делал очередной глоток, терял контроль и вновь впадал в пьяное забытье. Но Богдану было плевать. Здесь, в этом подвале, ему никто не мог указывать, и никто не мог нарушить его покой. Опять же, кроме таинственного гостя, вновь некстати вспомнившегося.
— Эх, жаль, что Макс не остался. — Пробормотал он, доставая новую бутылку из инвентаря. — Вдвоём всё же веселее, а там глядишь, и третьего бы нашли со временем!
Коммуникатор на его запястье вдруг завибрировал, и на его поверхности высветились странные символы. Богдан скривился, и одернул рукав, скрывая устройство из виду.
Он встал, шатаясь, вышел из каморки и зачем-то свернул налево, в сторону, в которую и ушел тогда странный визитер. Пошёл вдоль коридора, опираясь ладонью на кирпичные стены, как они вдруг начали меняться. Цементные швы стали глубже, из них начала сочиться мерзкая жижа, слегка светящаяся в полумраке.
Воздух наполнился запахом гнили, и Богдан на секунду замер, вспомнив, как однажды, ещё в армии, его командир отделения говорил: «Если тебе кажется, что что-то вокруг не так, то доверяй своим чувствам. Чуйка у тебя что надо». И это была правда. Он всегда чуял засаду и десятки раз спасал отделение от гибели. Но вот в последний раз, когда их накрыли с воздуха, всё что он сумел сделать, только сам прыгнуть в ближайший ров, оставив боевых товарищей умирать.
— Чушь! — Прохрипел он, останавливаясь и выгоняя из головы воспоминания. Открыл инвентарь, достал бутылку самогона и присосался к ней, щедро глотая спирт.
Где-то вдалеке, в темноте, раздался крик — резкий, пронзительный. И в нём было чертовски мало от человеческого.
— Чёрт с тобой. Не иду я никуда, видишь? Не иду… — Погрозил он кулаком в темноту. Из внезапно ослабшей второй руки выскочила бутылка, упала на пол и разбилась.
Он вернулся обратно в свою каморку, но даже в ней что-то изменилось. Крысы стали крупнее, их глаза блестели так, словно они понимают, что происходит. Одна из них, самая смелая, подползла к его ноге и встала на задние лапы, словно ожидая приказа.
— Пошла вон! — Богдан ударил по полу, но крыса не убежала. Она просто смотрела на него, и в её взгляде было что-то человеческое.
Он отвернулся, решив, что это игра света. Но когда снова взглянул, крыса пропала. Зато на потолке, там, где раньше висела лампочка, теперь виднелась трещина, из которой лился грязный белый свет.
— Нет уж. — Богдан прилёг на старое одеяло, прижимая к груди бутылку. — Я не пойду туда. Не пойду…
Но сон не шёл. По углам пищали крысы, мерцал льющийся сквозь трещины свет, а где-то в голове, глубоко под слоем алкоголя и отчаяния, проснулся старый, почти забытый голос — голос его командира: «Давай Богдан! Ты же десантник. Десантники ничего не боятся! Ни бога, ни черта! Прыгай!».
— Заткнись… — Прошептал он, но голос не умолкал.
Он сел, достал новую бутылку и снова начал пить, пытаясь утопить в самогоне свои мысли. Но даже алкоголь не мог заглушить чувство вины. Чувство, которое и разрушило его жизнь. Оно липла к нему, словно паутина, и Богдан знал, что однажды ему придётся встать. Просто не сегодня. Не сейчас. Не с этой бутылкой в руке.
Ещё несколько дней спустя, окружение снова начало меняться. На время затихшие крысы теперь все ходили на задних лапах и когда думали, что он спит — водили вокруг него хороводы. Он подсматривал за этим сквозь щелочку в старом рваном одеяле и потел от страха. Поначалу пробовал даже убивать их — но это были неправильные крысы. Удары проходили сквозь их тела и за них не давали опыт, словно это был галлюцинации.
— Ну и хрень… Неужели до белочки допился? — Пробормотал он, опрокидывая в рот очередную порцию спиртного.
