— Догоняйте, — бросил я этим идиотам, и группа пошла дальше, не было никакого смысла их перевоспитывать, если даже Христ закрыл на это глаза.
Главное, что в важные моменты они реагировали как надо и забывали свои склоки.
— Куда теперь? — спросил Джон.
Я сначала не мог понять, почему он так стал многословен, но потом вспомнил — тот всегда с Христом перекидывался парой-тройкой фраз о предстоящих местах. Клирик отвечал за нашу защиту и просто добросовестно выполнял свои обязанности.
— В ещё один лагерь. Ничего серьёзного, драться не придётся.
— У тебя есть ещё группа? — вдруг спросил он.
Я подумал, что врать бессмысленно, и кивнул.
— Они действуют параллельно, попозже вас познакомлю, — эти слова заставили навострить уши даже бурчащего Беса. Всем вдруг стало любопытно, откуда у меня нарисовался второй отряд.
На третьей стоянке было совсем мало отступников, но её ценность была в другом: по словам Тереха, там жило трое мортикантов первого шага. Мои бравые людоеды утащили их в плен, а остальных жестоко покалечили и связали, как я просил. Пальцы я поручил собирать Ломоносову, раз уж он в роли только гида. Я напитал второй гем десятком некромантов и сделал небольшое объявление.
— Дальше будем закрывать Бреши.
По карте в голове я быстро вышел к полутораметровому смолянистому порталу. Вокруг него суетились гуманоидные монстры с дубинами. Их они делали с упавших деревьев и явно готовились к разведке.
Руки у существ были четырёхпалые, а вот ноги толстые, расширяющиеся от колена к стопе. Спереди на голени у них выпирала острая лопасть, напоминавшая лезвие топора. Ей они мощными ударами дробили деревья, чтоб расширить площадку для будущих поселенцев из Бреши.
Аборигены были под два метра ростом, сильные и довольно быстрые. Часть гуманоидов рыла землю, готовя будущие жилища. Работа кипела вовсю. Их самое грозное оружие — это зачатки разума. Если бы мы вовремя не заметили этот плацдарм, то поплатились бы мощной точкой сопротивления.
Монстры выползали через портал и всё пёрли и пёрли. Их было уже порядка тридцати. В первый раз вижу такую скорость появления. Обычно следует стартовая волна, а дальше вялотекущими темпами выползали новые и новые твари, причём в разные промежутки. Эти же будто дисциплинированно ожидали с той стороны, и сразу, как подходил срок, выползали.
Гадюшник толстоногих надо было уничтожать немедленно, поэтому в дело пошла тяжёлая артиллерия. Я знаком показал остальным приготовиться к нападению, а сам решил действовать с возвышенности. Дождавшись пока ликвидаторы обойдут монстров сбоку, я начал усиленный обстрел, после того, как порезал себе ладонь огненным ножом.
Территорию залил метеоритный дождь. Площадь поражения составляла лишь пять метров, но эффект такой сильный, что уничтожал всё в этом радиусе. Огромный плюс использованного заклинания был в системе «человек-источник»: быстрота создания в сочетании с убойной мощью.
Для простых магов оно слишком маназатратно и такое редко пускали в ход. Существовали более точные, экономные и быстрые по полёту снаряда аналоги, однако их площадь покрытия ещё меньше — полметра максимум.
А вот для меня метеориты в самый раз, потому что используются быстро и без перезарядки. Бах-бах и участок зачищен. Я переходил к другому. Бах-бах — к следующему.
Спасибо деду Артёма или кто там в роду был с высоким запасом маны. Даже без рун я могу стать в этом теле первоклассным магом. Потенциал запредельный. И это только сорок процентилей огня!
— Левее на пять метров — группа в землянке. Отлично, теперь на семь метров прямо, притаился за деревом. Есть попадание, сместись вправо в центр, есть недобиток… — тараторил Ломоносов, выступая со своим мана-зрением как наводчик.
Я мало что там видел, потому что поднялась пыль, гарь, дым заволакивал всю ложбину и творился сущий хаос. Короче, ребятам выходить не пришлось — я подчистую разнёс всё, что там было.
— Внимание, появляется Вожак… Вожак убит, — подвëл Ваня итог. Жалкого его, конечно. Сильный, наверно, был, но этого мы уже не узнаем.
Я просто бил в одну точку, пока там не расплющилось всë в мясо. Из-за плохой видимости даже не разглядел его.
— Всё, — ответил Иван.
— Точно? Я могу ещё…
Ломоносов покачал головой с тем посылом, что: «давай, повыпендривайся — я послушаю». Мы спустились с пригорка, прикрывая нос воротниками курток, чтобы не дышать гарью. Похоже, на заработок с трупов рассчитывать не придётся. Наши штурмовики, завидев меня, тоже вышли из укрытия.
— Да уж, — немногословно сказал Соловей.
— Слушай, Сыч, у тебя там метеоритное недержание? Ну, ты парень даёшь, мы же теперь одни копейки с этого соберём, — Бес взялся за голову.
— Помянем, — пробасил Маэстро и вытер вспотевший лоб.
— Кого ты там поминать собирался? — оглянулся на него щурившийся бухарец.
— Твою задницу, когда ты в следующий раз выкинешь что-то.
Соловей с Джоном улыбнулись.
— Сыч добрый, он меня в обиду не даст, не дашь ведь?
— Я сейчас вернусь, — сказал я всем и нырнул в тень.
