Так что теперь у нас два стратегических и военных партнёра. Весьма дальновидное решение, за которое я ещё больше зауважал отца — он рассчитывал силы рода, исходя из того, что есть. Сейчас Барятинским нужно некоторое спокойствие, чтобы переобучить дружину, набрать новых воинов, некромантов, собственных клириков и вообще обрасти жирком. Для этого требуются тепличные условия — вот Борис и вырвал их для нас.
Я поздоровался со всеми сычами и кивнул на тренировочный плац.
— Смотрю, у тебя появился конкурент, — ухмыльнулся я Соловью, имея в виду лучника, стрелявшего по мишеням.
Он использовал весьма редкую стихию для своих тренировок. Тело парня подпрыгивало вверх на три метра, затем маг протягивал в полёте руку к колчану и стрелял по деревянной цели. При столкновении стрела в щепки разносила толстенный брус и утопала в земле как в растопленном масле.
— Да, это Захар Рюмин, — подтвердил мою догадку Антон. — Неплох, но молодой ещё, надо технику и точность подгонять, пока берёт дурью.
— Лучник с атрибутом гравитации, — хмыкнул я.
— Да, решение спорное, но ты видел его стрелы? Они из металла!
— Так, я думал, ты будешь выделываться и занижать его заслуги, а ты нахваливаешь, что за дела? — подколол я товарища.
— Зато я смог тебя удивить, — парировал Соловей и заулыбался. — Много лучников не бывает.
— Добрая ты душа. Так, ладно, все в сборе, выдвигаемся, — велел я им, а сам ещë раз присмотрелся к Захару — проникающая способность его стрел колоссальная, с такой магией никакая броня не спасëт. Он словно почувствовал на себе мой взгляд и обернулся. Я кивнул ему и пошëл дальше.
До Северо-Западной площадки мы добирались с удобством и даже успели хорошенько обсудить тактику. Заодно узнал от Ломоносова кое-что о себе.
— Твоя аура увеличилась в два раза, — подметил он при всех.
— А вот это хорошие новости да парни? — Бес больше всех жаждал предстоящей бойни, он всё жалел, что только Аничкову дали расправиться с врагом.
Я мысленно поставил галочку о взаимосвязи ауры абсолютного места силы с количеством клонов сознания. Теперь в радиусе двадцати метров от меня народ мог спокойно обучаться стихиям. Мелочь, а приятно, но это были ещё не все изменения.
— Нас ждут? — спросил я святого отца и отдал ему одолженный Софи ауроскоп; тот засунул прибор в карман и отвёл меня в сторону.
— Баронесса Пронская хотела бы с вами переговорить, наедине, — толстенький священник бросил взгляд на моих воинов и прокашлялся. — Я вам гарантирую полную безопасность.
— Это переговоры? — уточнил я.
— Не имею понятия, меня попросили.
— Хорошо, можем и поболтать. Господа, обождите на трибуне.
Сегодня народу было поменьше, но всё равно многие рода прислали своих представителей посмотреть, чем же закончится противостояние двух семей. Хотя не так — их интересовало, с какой жестокостью Барятинские расправятся со своими идейными противниками. Исход тут и так ясен.
Меня провели в небольшую молитвенную комнатку, аскетично обставленную и непритязательную. Там на одной из скамеек, чинно положив руки на колени, сидела с прямой спиной вдова Оксана Пронская. При моём появлении она специально не обернулась и дождалась, пока я встану перед ней. Найдя стул, я поставил его спинкой вперёд и уселся напротив.
— Я вас слушаю, Оксана Павловна, — вежливо обратился я к даме лет пятидесяти с родинкой в углу рта.
Еë лицо было вытянутым и немного чопорным, как бывает встречается у знати слишком голубых кровей. Я слышал, она вышла за Пронского именно по любви, а уже после еë семья отвалила Юрию приличное приданное, что и дало старт его экспансии.
Женщина хорошо сохранила свою красоту, оно и неудивительно — некроманты в клане всегда омолаживали своих родственников и близких. Она мяла платок длинными пальцами, усеянными кольцами, под глазами и возле ноздрей виднелась лëгкая краснота, но в целом держалась строго.
— Я бы хотела обсудить возможность заключения мира.
Я не сразу ответил, демонстративно рассматривая её.
— Вы сейчас отвечаете за всю семью?
— Да.
— В это слабо верится, а где Анатолий? — двоюродный брат Юры был ближайшим претендентом на главенство в семье, обладая четвёртым шагом некромантии, остальные кандидаты сильно отставали.
— Он ушёл.
— В смысле ушёл? — удивился я, но потом уточнил. — Анатолий покинул род? — это бы означало позор и лишение дворянского статуса, но так он мог сохранить себе жизнь. Ведь Пронские отлично знали, что мы никого не пощадим из некромантов.
— Да, и не только он, — она встретилась со мной взглядом, — ушли и Дмитрий с Виталием, Николай. Игнат тоже не стал дожидаться… В общем, они уехали все вместе, — сухо сказала Оксана.
— Трусы, — вздохнул я и встал со стула. — Значит, они оставили после себя воевать женщину?
— Выходит, что так, — с нотками злости ответила она, но не на своих родственников, а на меня — это я сразу почувствовал. Дама ненавидела стоявшего перед ней молодого барона всей душой, но в то же время боялась ему резко ответить.
— Я не воюю с женщинами, — произнёс я ей, — но чтобы подписать мир, вам придётся много чего лишиться.
