Мы хлопнули по рукам, но во время контакта моё тело внезапно потеряло свою материальность, став серой дымкой. Это продлилось всего пару секунд и потом снова всё пришло в норму. Аничков обернулся посмотреть, видел ли кто ещё.
— Ребятам ещё не рассказывал? — спросил он.
Я покачал головой.
— Не, ты тоже молчи. Пока непривычно — контроль иногда теряю. Всё, бывай, остальным передай — пусть веселятся.
Пётр ещё немного посмотрел мне вслед, потом на пасмурное осеннее небо и, шумно откашлявшись, вошёл внутрь.
Когда я говорил не про все изменения, то я имел в виду и это. У меня было сто процентилей тени. Неосвоенных процентилей, попрошу заметить. С теорией предстоит ещё скрупулёзная работа. Теперь я первый в мире стихийник, что не помер от слияния. Считай, вписал имя в историю.
Моя дематериализация выходила спонтанно, потому дал себе зарок побыстрее с этим разобраться. Способность крайне удобная, но её грани ещё не распробованы. По сути, я превращался в тень, а это можно применить во многих областях.
Также мой максимум процентилей благодаря дополнительному клону достиг четырёх сотен, и все они сейчас были открыты. То есть, бери — да учись, не нужно даже монстров убивать, но я всё равно буду. Во-первых, деньги, во-вторых, так владение стихиями быстрее разучивается, ну и, в-третьих, ради политических очков. Надо расширять влияние и славу рода Барятинских.
Помимо этого, победа над Тур’Загалом внезапно накинула мне по двадцать процентилей на каждую имеющуюся стихию. Это нереально много, но, с другой стороны, за полубожка вполне справедливо. Однако руническая система ничего с этого не приобрела, ибо там прогресс теснейшим образом связан с обучением. Её сила — в теоретических знаниях и умении ими оперировать. Отсюда гибкость, возможность смешения стихий, творческий подход.
С холодной улицы я перешёл в хорошо натопленный дом Рюминых, и, вежливо отказавшись от угощения, постучал в комнату Софи. В окне девушки горел свет, она ещё не спала.
— Это я, можно? — попросил я её, дёрнув ручку.
Заперто. Послышались шаги, и дверь приоткрылась.
— Что тебе?
— В гости пришёл, пустишь?
— Приставать будешь?
— Буду, — честно признался я, — но и поговорить хочу.
Хорошая новость — меня впустили. Плохая — Уварова на что-то серьёзно обиделась.
— Рассказывай, — усевшись на кровать, произнёс я и краем глаза посмотрел на стопку книг. — На что дуешься? О, это Гельвеций я его тоже читал у отца в библиотеке.
— Да его рациональный подход к магии поражает, я даже… — она осеклась на полуслове. — Впрочем, это неважно. Ты меня обманул и всё равно держишь за дурочку.
— Это почему же?
Тогда она объяснила, что измерила ауроскопом мои данные во время комы, а после прибор показал совершенно другие цифры.
— Так, ну и? — спросил я её.
— Что «ну и»? — спародировала она мою манеру говорить. — Где все те рассуждения, что мы пара, и ты мне доверяешь? Когда доходит до дела, ты изображаешь из себя героя, весь такой пыжишься, — она картинно надула щёки, — смотрите, какой важный, я мистер Снисходительность и Скрытность. Ты в опасности, девонька, лишнего тебе лучше не знать.
Я не удержался и хохотнул.
— И ничего, что я как дура тут с тобой носилась? Ещё этот Ваня до усрачки напугал своим чревовещанием или чем он там орал на всю комнату, пока лечил тебя. Синеглазка чёртова, я чуть не померла. А ты как очнулся, сразу дурацкие шуточки свои включил, будто это смешно, бесит…
— Так, стой, остановись, стоп, — прекратил я её поток слов. — Я согласен, ты кое-что случайно узнала обо мне за последние дни, но ты ведь сама сказала, что не хочешь продолжать отношения или я не прав?
— Да, но…
— Погоди, — перебил я её, — разве я не выполнил всё, как ты хотела? По твоим словам, мы не пара, так почему я должен тебя подвергать опасности или, наоборот, себя? К чему тебе эти знания обо мне, если ты не хочешь строить со мной будущее?
Софи раздражённо провела рукой по волосам. Внутри неё прямо-таки разгорался взрыв гнева, но в то же время умом она понимала справедливость моего замечания. И это ещё больше её злило. Она больно ущипнула себя за локоть и, наконец, ответила.
— Всё равно ты козёл.
— По-другому и быть не могло, — я расплылся в улыбке и, встав, подошёл к ней.
— Куда лезешь? — зыркнула она.
— Ну, обнять-то я тебя могу за то, что присмотрела за мной. Как недотрога, ей-богу, — я почувствовал, как она вся внутренне напряглась, когда сграбастал её. — Если что моя дверь сегодня почему-то окажется не заперта, — шепнул я ей, — и ещё раз спасибо, что мыла мою жопку, пока я спал.
— Так ты не спал? В смысле⁈ Не мыла я твою жопку… Всё, проваливай, — отпихивая меня и пыхтя, возмутилась девушка.
Я со смехом вышел из комнаты и отправился к себе. А через час, когда я прочитал в ускоренном темпе художественную книжонку перед сном, дверь тихо приотворилась, и щёлкнул замок. Софи могла красться сколько угодно — я её ещё в коридоре засёк, благодаря некромантскому зрению. Я отслеживал любое живое существо в этом доме, даже не напрягаясь.
