Он опустился на деревянное сиденье, всё ещё хранившее тепло прежнего хозяина. Голова кружилась — от усталости, от возбуждения, от осознания произошедшего. Он, Игорь, сын Рюрика, стал князем Киева. Сбылось то, к чему двадцать лет готовился Олег.
Глядя на двор, где постепенно стихал бой, на тело Аскольда, распростёртое у подножия трона, на входящих в ворота воинов своего войска, Игорь понимал, что это только начало. Впереди — строительство новой державы, объединение племён, отражение угроз с юга и востока. Сможет ли он справиться с этой задачей? Будет ли достойным наследником своего великого отца?
Взгляд его упал на Альрика, стоявшего в стороне от ликующих воинов. Синеглазый купец смотрел на происходящее со странным выражением — не радости, не печали, а скорее задумчивости, словно наблюдал картину, которую видел уже много раз.
Заметив взгляд Игоря, Альрик слегка наклонил голову в знак уважения. И улыбнулся — тонкой, загадочной улыбкой, которая, казалось, говорила: «Это только начало, юный князь. Только начало».
ВИКТОР
Кровь ещё не засохла на каменных плитах княжеского двора, когда начался дележ власти. Воины Олега захватывали ключевые точки города, размещали своих людей на стенах, устанавливали новый порядок. Киевляне выходили из домов, настороженно наблюдая за сменой правителей, ещё не понимая, что это значит для их будущего. Одни спешили присягнуть новому князю, другие прятались, опасаясь расправы.
Виктор наблюдал за этим танцем власти со сдержанным интересом человека, видевшего подобное сотни раз. Он стоял в тени колонны, когда Олег собрал на том же дворе старейшин города, купцов, влиятельных ремесленников, чтобы объявить им о новом порядке.
— Отныне Киев будет главным городом новой державы, — провозгласил Олег, стоя рядом с Игорем, восседавшим на троне. — Матерью городов русских! Здесь будет править наследник великого Рюрика, князь Игорь, а с ним — все, кто признает его власть и поклянется в верности.
Старейшины переглядывались, оценивая перемены. Кто-то видел в них угрозу, кто-то — новые возможности.
— А что будет с теми, кто поддерживал Аскольда? — спросил седобородый купец, выступивший вперёд.
— Кто сложил оружие и признал новую власть, того не тронем, — ответил Олег. — Но предатели и смутьяны будут наказаны.
Это был мудрый ответ — достаточно твёрдый, чтобы вселить страх, но и достаточно милосердный, чтобы дать надежду. Виктор одобрительно кивнул. За века своего существования он повидал многих правителей и научился отличать тех, кто способен удержать власть, от тех, кто обречён потерять её. Олег определённо относился к первым.
Когда собрание закончилось, и киевляне начали расходиться, Виктор заметил Ученика Трувора, приближающегося к нему через опустевший двор.
— Регент хочет видеть тебя, — коротко сказал суровый варяг. — В княжеской палате.
Виктор кивнул и последовал за воином. Внутри терема царила та же деловитая суета — слуги сновали по коридорам, дружинники патрулировали помещения, писцы составляли списки пленных и трофеев. Власть меняла рук, но механизм управления продолжал работать.
Он провёл его в просторную палату с высоким потолком и окнами, выходящими на Днепр. Здесь Олег и Игорь принимали доклады о ситуации в городе. Рядом с ними стояли Свенельд и Асмунд, лица обоих были обагрены кровью недавней битвы, но глаза горели триумфом.
— А, купец Альрик, — сказал Олег, заметив Виктора. — Или как там тебя на самом деле? Хельга, оказывается, называет тебя Виктором.
Виктор улыбнулся, не выказывая удивления. Неудивительно, что Игорь поделился этим знанием с регентом.
— Имя — лишь звук, обозначающий человека, — ответил он философски. — Можешь называть меня как угодно, князь.
— Не увиливай, — нахмурился Олег. — Кто ты на самом деле? Я терпел тебя во время похода, потому что ты действительно знал пути лучше других, и потому что Игорь почему-то доверяет тебе. Но теперь я хочу знать правду.
Виктор перевёл взгляд на Игоря, который внимательно наблюдал за разговором. Молодой князь выглядел измотанным событиями дня, но в его глазах читалось любопытство и что-то ещё — возможно, надежда на поддержку.
— Правда сложнее, чем ты думаешь, Олег, — сказал Виктор. — И, возможно, опаснее. Действительно, я не простой купец. Я был другом Рюрика и Сигурда, советником, иногда — воином. Я путешествую по миру, собирая знания и следя за определёнными… событиями.
— Какими событиями? — спросил Олег.
— Рождением и падением королевств, — ответил Виктор. — Судьбами великих родов. Перемещением силы из одной части мира в другую.
Олег и Свенельд переглянулись. Они явно сомневались, стоит ли верить словам чужака. Асмунд демонстративно положил руку на рукоять меча.
— То, что ты делаешь сейчас, Олег, — продолжил Виктор, не обращая внимания на враждебность, — это не просто смена правителя в одном городе. Ты создаёшь новое государство, которое может простоять века. Объединение северных и южных земель под властью Рюриковичей — это начало чего-то большего, чем ты, возможно, представляешь.
— И какой твой интерес в этом? — спросил Свенельд.
