«Сохрани его, Перун, — мысленно обратился Олег к богу-громовержцу. — Сохрани его, как не смог сохранить его отца».
С этой молитвой на устах он отвернулся от окна и направился к своим покоям. Впереди были три дня лихорадочных приготовлений, а потом — тревожное ожидание вестей с юга. Вестей, которые могли изменить судьбу всего предприятия, начатого двадцать лет назад с присяги умирающему Рюрику.
ИГОРЬ
Днепр разворачивался перед ними бескрайней серебряной лентой. Весеннее солнце играло на мелкой ряби, ослепляя тех, кто смотрел прямо на воду. Игорь стоял на носу передовой ладьи, вглядываясь в горизонт, где река, казалось, сливалась с небом.
Двадцать боевых кораблей скользили по течению — быстрые, маневренные, несущие отборных воинов киевской дружины. Это был первый самостоятельный поход Игоря как полководца, первое настоящее испытание его способностей как правителя. И он чувствовал всю тяжесть этой ответственности.
— Хорошее утро для похода, — раздался голос Свенельда за спиной.
Рыжебородый воевода, ветеран многих битв, должен был выполнять роль советника при молодом князе. Но Игорь знал, что если он проявит слабость или нерешительность, Свенельд возьмёт командование на себя — такое было негласное указание Олега.
— Хорошее, — согласился Игорь. — Ветер попутный, волны умеренные. Если так пойдёт и дальше, будем у хазарских границ даже раньше, чем планировали.
— Главное, чтобы в Саркеле нас никто не ждал, — заметил Свенельд. — Внезапность — наше главное преимущество.
Игорь кивнул. В этом и заключался смысл их дерзкого плана: появиться у главной хазарской крепости неожиданно, уничтожить их флот, готовящийся к походу на север, и так же быстро уйти. Удар змеи, без объявления войны, без развёрнутых знамён — просто жестокое напоминание о том, что земли славян не беззащитны перед степными кочевниками.
— Иди отдохни, князь, — сказал Свенельд. — Ночью будет твоя вахта.
Игорь кивнул и спустился в центральную часть ладьи, где размещалось подобие каюты — несколько досок, образующих навес от дождя и ветра, шкуры для сидения и лежания, сундук с личными вещами. Не королевские палаты, но вполне сносные условия для походной жизни.
Там его ждал Альрик, задумчиво изучавший карту хазарских земель — кусок выделанной кожи с нанесёнными линиями рек, точками городов и крепостей, значками, обозначающими переправы, пороги, опасные места.
— Мы здесь, — сказал купец, указывая на точку на Днепре, примерно в трети пути от Киева к морю. — Завтра пройдём пороги, а через пять дней будем у входа в Сиваш.
— Самая опасная часть пути, — заметил Игорь. — Мелководье, узкие проливы, легко устроить засаду.
— Но и самая неожиданная, — возразил Альрик. — Хазары ждут нападения, если вообще ждут, со стороны Чёрного моря. Там их основные укрепления, там дежурят сторожевые суда. А через Сиваш и Азовское море мы выйдем к Дону почти у самого Саркела, в тылу их обороны.
— Если не сядем на мель и не заблудимся в лабиринте проток, — усмехнулся Игорь. — Ты уверен, что знаешь путь?
Альрик улыбнулся — странной, словно невесомой улыбкой.
— Я проходил его не раз, — сказал он. — Правда, давно, но такие вещи не забываются.
Игорь внимательно посмотрел на своего советника. Альрик всегда был загадкой. Купец, появившийся словно из ниоткуда, обладающий знаниями, которые, казалось, выходили за пределы человеческих возможностей. Язык, манеры, осведомлённость о далёких землях — всё в нём было необычным. И всё же Игорь ощущал странное доверие к этому человеку. Словно они были знакомы уже очень давно, словно между ними существовала какая-то неразрывная связь.
— Ты не похож на обычного купца, — сказал Игорь, решив быть прямым. — Кто ты на самом деле, Альрик? Или… Виктор, как называла тебя Ольга?
Синие глаза Альрика сверкнули удивлением, быстро сменившимся задумчивостью.
— Проницательна твоя жена, — сказал он. — И не боится задавать прямые вопросы.
— Как и я, — настаивал Игорь. — Так кто ты?
Альрик вздохнул, отложив карту.
— Скажем так: я путешественник, видевший больше земель и народов, чем большинство людей. И я заинтересован в том, чтобы на берегах Днепра возникло сильное, единое государство. Государство, которое принесёт мир и порядок этим землям, защитит их от набегов кочевников, обеспечит безопасность торговых путей.
— Почему тебя это волнует? — не отступал Игорь. — Какой тебе интерес в делах славян и варягов?
— Может быть, я просто устал от хаоса, — ответил Альрик. — От вечной борьбы племён, от бессмысленных войн, от разрушений, которые несут они миру. Может быть, я видел слишком много циклов возвышения и падения цивилизаций, и хочу, чтобы этот цикл не повторил ошибок предыдущих.
Игорь почувствовал, что за этими философскими словами скрывается какая-то личная, очень глубокая история. Но Альрик явно не собирался раскрывать все свои тайны.
— И ты выбрал нас, — сказал Игорь. — Почему? Почему не византийцев с их древними традициями, не хазар с их богатством, не франков с их могучими армиями?
