– Говорят, мой отец в одном из походов ещё до своей женитьбы нашёл тебя в какой-то далекой теплой стране. Наши воины захватили небольшой город на длинной песчаной косе, выходящей далеко в море, и смогли взять хорошо укрепленную крепость местного конунга. Они обнаружили тебя в сыром и холодном подвале, прикованным цепями к стене в каменной клети с маленьким окном. Таких узников там было много. Все они имели сильно измождённый вид, один ты почему-то оказался свеж и полон сил. Ярл Эйнар освободил пленников и разрешил им покинуть крепость. Люди ушли, но тебе почему-то захотелось остаться. А утром большой отряд хорошо вооруженных врагов напал на наших викингов. На ярла Эйнара накинулась целая толпа чернокожих воинов, но ты спас его от смерти!
Юноша немного передохнул и уже усталым голосом продолжил:
– Викинги вынуждены были погрузиться на драккар, поднять парус и уйти в море. Ярл Эйнар взял тебя с собой и обещал высадить на пирсе в городе Скирингссале. Там ты хотел дождаться прибытия какого-то корабля. Но из-за сильного шторма к пирсу подойти не удалось. Драккар прошёл дальше. Вот так ты и попал к нам во фьорд. И уже здесь стал телохранителем ярла и от него получил новое имя Клепп – «скала»! А своё имя открыл только ему. И лишь один ярл знает все твои тайны! Рассказывали, что он принес тебе какую-то страшную клятву! Это правда?
Не отвечая на вопрос, великан улыбнулся и, прищурившись, снова поддразнил юношу:
– Продолжай, продолжай, мне уже самому становится интересно!
– Ещё говорят, что ты не простой воин, а херсир – вождь маленького племени жестоких воинов-убийц, служивших могущественному конунгу. И тебя за большие деньги другие конунги нанимали у него, чтобы убивать своих врагов! А больше я ничего и не знаю. – Антон упрямо тряхнул головой. – Рассказывают, что ты ещё много раз заслонял своим телом ярла, поэтому он верит тебе, как никому другому! А в походах и битвах навалил возле ярла Эйнара, защищая его, горы трупов, но об этом можно и не вспоминать. Меня ведь интересует другое! Кто ты, Клепп? Откуда родом? Где рос и жил, где всему научился и почему остался с ярлом Эйнаром?
– Не надо задавать слишком много вопросов, Антон. Я на них отвечу, но не теперь. Давай заниматься. – Великан как-то грустно улыбнулся и покачал головой, словно отгоняя от себя наваждение. – Кроме самих движений берсерка нам нужно ещё освоить удары руками и ногами.
– Зачем, учитель? Ведь викинг никогда не расстается с оружием, а удар меча несравним по силе с ударом руки или ноги.
– Ошибаешься, мальчик! Кулаком можно проломить череп или грудную клетку своему врагу, а ударом ноги – свалить любого викинга в полном воинском вооружении, даже если он прикроется щитом.
– Клепп, ты серьёзно говоришь или насмехаешься надо мной? – Юноша почувствовал, как его лицо вытянулось от удивления, и это вызвало невольный каркающий смех великана.
– До сих пор я считал, что ты не сомневаешься во мне как в воине и в своем учителе, который не бросает слов на ветер! – Губы викинга исказила презрительно-снисходительная усмешка, а конец фразы прозвучал тихим зловещим шепотом с интонациями, каких Антон никогда ещё не слыхал от Клеппа.
Кровь бросилась в лицо юноши, дыхание перехватило от осознания, что он невольно оскорбил своего наставника и единственного друга. Бушующие эмоции вырвались наружу в виде непроизвольно выступивших на глаза слёз, а прерывистый и дрожащий голос Антона выдал его волнение:
– Клепп, прости меня! Даже мысли не было усомниться в тебе! Ты – самый великий воин и самый сильный человек, которого я встречал в своей жизни. Но неужели тебе удастся научить меня, мальчишку, тому, что не умеет делать в нашем фьорде никто, кроме тебя?
Смягчившийся при виде слёз и прозвучавших искренних слов ученика, викинг сменил напускной гнев на милость:
– Наверное, ты забыл, Антон, как несколько лет назад над нами потешались все викинги фьорда и даже сам ярл? Помнишь, сколько их спускалось в долину поглазеть на наши занятия? А где они теперь, почему больше не приходят сюда? Может быть, они боятся не только меня, но уже и тебя?
Спокойный и размеренный голос великана, его вопросы, задаваемые будто походя, дошли до сознания юноши, который раньше никогда не задумывался над ними, с утра и до вечера занимаясь со своим учителем. А Клепп продолжал всё так же чеканить фразы:
– Когда маленький сын ярла ничего не умел, а от боли и усталости плакал и скулил, как щенок, над ним можно было смеяться! – Голос берсерка набирал силу. – И даже я ничем не мог ответить на шутки и грубости, обращенные к тебе! – Клепп перевел дыхание и продолжил: – А теперь, когда сын ярла в открытом поединке один на один может победить почти всех викингов на нашем побережье, где они, эти шутники?
Гордость и торжество исходили от огромной фигуры великана.
– Запомни, Антон: ты сын ярла и будущий ярл, а потому всегда будешь один в окружении преданных викингов, но у тебя никогда не будет друзей! Их просто не может быть у ярла!
– Почему, Клепп? А как же ты?
