— Это ещё в лаборатории Афанасия. Все побежали и я побежала, а он мне под ноги сам попался. Свиток. Не пропадать же добру? Я тогда испугалась.
— Ты? Испугалась?
— Я за дом и имущество Афанасия, а потом забыла его отдать.
— И ты сломала печать на том свитке? Там же на столе лежали заготовки, это же незаконченное было. Он же нам объяснял, что это опасные вещи. Туда уже энергия была закачена. Мана. Что с нами будет? Куда мы попали? Что с тем кабаком случилось?
— Падите ниц, презренные.
— Пух, это ещё кто?
— Не знаю. Темно же… Эй, вы кто? Лизка, пантеру придержи, а то уж больно грозно рычит.
— Не видишь, я её и так обняла. Не рычи так, малышка.
— Малышка? Да она центнер весит. И что я должен увидеть? То есть как?
— Я король и повелитель всех разумных.
— Слышь ты, король. Не скажешь — куда это мы попали?
— Сначала — ниц.
— Вот козёл. Пух, что такое ниц? Где-то я это уже слышала.
— По-моему, он хочет, чтобы мы легли.
— Здесь? Дебил! Я же пропахну вся, под ногами что-то скользкое, а запах убить может. Я — тоже, если мне ещё кто-то скажет, что я лечь должна.
— Плебеи, если вы не окажете мне знаков почтения, то я низвергну вас вон. Во тьму внешнюю.
— Ладно. Давай! Согласная я… Здесь тоже тьма, но ещё и вонь, а там, надеюсь, хотя бы воздух почище будет.
— Простите, уважаемый, вы не подскажете нам, где это мы оказались?
— Невежи! Это моё царство и я здесь король!
— Слышь ты, король, а где твои подданные? Тихо что-то…
— Я король в изгнании. Меня предали враги нашего народа.
— И кто твой народ? А враги кто?
— Это самые разумные и могущественные существа во всей вселенной.
— Что-то я сильно в этом сомневаюсь. От разумных и могущественных должно пахнуть лучше. Король, а ты свет можешь сделать?
— Зачем? Я и так всё вижу, а на вас мне плевать.
— Пух, а ты?
— Сейчас. Я уже достал. — Пух щёлкнул обычной механической зажигалкой, и в руке у него зажегся огонёк. Слабое колеблющееся пламя осветило мрачный сырой тоннель.
— Блин. Гоблин. — Лизка едва успела удержать рванувшуюся пантеру, и то только потому, что до этого её обнимала. Гоблин, который, скорее всего, преувеличивал свою способность видеть в темноте, и для которого появление чёрной пантеры стало сюрпризом, исчез. Банально удрал.
— Пух, я пока Кису держала, не заметила, куда король свалил.
— Я тоже. Но это же тоннель, и варианта только два. Мимо нас он не пробегал, значит — он перед нами. Скорее всего, он сюда пришёл оттуда, и где-то там, в глубине, его жилище. А нам нужно в другую сторону.
— Почему? Пошли, посмотрим как гоблины живут. Вдруг достижение получим? Ой…
— Что ой? Лизка, ты же пантеру выпустила.
— Я случайно. Ну, почти… Пусть побегает на свободе, вдруг гоблин вежливым станет?
— Эх…
Пух опять тяжело вздохнул, с упрёком посмотрел на Лизку, поднял зажигалку повыше над головой и пошёл вперёд, вслед за умчавшейся пантерой. Лизка сразу пристроилась рядом.
— Пух, а как получилось, что мы в Столице и не в Столице одновременно? Это какая-то хитрая магия Афанасия? Крутой маг, надо будет к его свиткам присмотреться.
— Что значит присмотреться? Но я думаю, что мы под городом. В канализации. Сюда обычно никто из игроков не ходит. Все подземные тоннели зачарованы, и выбраться наружу нельзя. Интересно, для чего маг Афанасий этот свиток сделал? Здесь должно быть что-то важное.
— Ага, и дорогое. Надо это обязательно найти и спрятать.
— Это если оно ничьё. Ого! Смотри, там впереди что-то есть.
— Ничего там нет. Одна темнота, и воняет уже сильнее, что-то мне уже туда не хочется. Если там уже каналы, по которым всё дерьмо Столицы плывёт, то это уже без меня.
— А как же сокровища?
— Ну их… Обойдёмся… Мне Мих зарплату платит не для того, чтобы я ныряла в… Ой, и в самом деле что-то видно. Ты не можешь получше светить?
— Это же зажигалка обыкновенная, могу только повыше поднять.
— Киса, это ты? Кис, кис, кис…
Из темноты вышла пантера, явно довольная жизнью. В зубах она держала нечто, и Пух сперва испугался за участь короля, но потом разглядел более подробно. Крыса. Причём немаленькая, такая и самого гоблина могла бы съесть. Зверь подошёл спокойной походкой к Лизке, и крыса оказалась у её ног.
— Это ты мне? Спасибо, лапочка. Ты сама-то поела? Ты у меня самая лучшая, я тебя не брошу никогда.
Лизка совершенно бесстрашно стала чесать кошку за ухом, и та довольно заурчала. Пух тоже поверил, что пантера из голодного зверя превратилась в сытого, и его сомнения и беспокойство о судьбе разумного и интересного гоблина усилились опять.
— Лизка, ты уверена, что с гоблином всё в порядке?
— Кому какое дело?
— Мне!!!
Голос раздался из тьмы тоннеля.
— Жив, гад! Зря ты за него боялся, Пух. Пошли, посмотрим, что там. То есть ты сходи. Ну и вонь. А я буду здесь держать кису, чтобы она…
— Ладно, схожу, не придумывай причин! И так всё ясно…
— Не обижайся, Пух. В следующий раз я полезу в это. Её же на самом деле лучше подальше от гоблина держать.
