— О! Я могу обманывать людей. Клянусь могилами предков, я могу одурачить даже себя самого. — Он оглянулся назад, на ровную линию горизонта. — Нет, Шай, мое сердце не доброе. Там, куда мы едем, нас подстерегают опасности. Если повезет, то небольшие. Хотя за свою жизнь я не могу похвастаться особым везением. Послушай меня. Если я скажу, чтобы ты не стояла у меня на пути, не стой. Слышишь меня?
— Это почему? Ты убьешь меня?
Она думала, что наполовину пошутила, но его бесстрастный голос заставил смех умереть.
— Я не могу предположить, что я сделаю.
В тишине налетел порыв ветра, волнуя высокие травы, и Шай показалось, что она услышала отголоски криков. Без сомнения, в них звучал страх.
— Ты тоже услышал?
Лэмб уже разворачивал коня в сторону Братства.
— Что я говорил о везении?
Среди фургонов царила полная неразбериха. Все смешалось в кучу. Люди орали друг на друга, фургоны сталкивались. Собаки кидались под колеса, а дети орали в ужасе. Казалось, что Гластрод восстал из мертвых и желает уничтожить человечество.
— Духолюды! — донесся до Шай чей-то вопль. — Они пришли за нашими ушами!
— Утихомирьтесь! — орал Даб Свит. — Никакие это не гребаные духолюды, и им дела нет до ваших ушей! Такие же путешественники, как и мы!
Присмотревшись к равнине на севере, Шай заметила цепочку всадников, пока что не более чем пятнышки между бескрайней черной землей и бескрайним белесым небом.
— Откуда ты знаешь? — возмутился лорд Ингелстед, прижимая к груди наиболее ценное имущество, как будто собирался дать деру, хотя трудно предположить, куда бы он смог убежать.
— Да оттуда! Кровожадные духолюды не едут просто так по равнине! Вы ждете здесь и постарайтесь не покалечить друг дружку. Мы с Кричащей Скалой едем на переговоры.
— Если это путешественники, они могут что-то знать о детях, — сказал Лэмб, направляя коня следом за разведчиками. Шай тоже не собиралась оставаться в стороне.
Если раньше Шай казалось, что их собственное Братство — грязное и невзрачное, то теперь она убедилась, что они выглядят подобно королевскому кортежу по сравнению с той чередой оборванцев, на которую они наткнулись. Измученные, с лихорадочным блеском в глазах. Кони исхудали настолько, что выпирают ребра и желтые зубы. Горстка шатающихся фургонов, а позади несколько тощих коров, таких, что дунет ветер и улетят. Вне всяких сомнений, Братство проклятых.
— Как дела? — спросил Свит.
— Как дела? — Их предводитель, здоровенный ублюдок в рваном мундире солдата Союза с потрепанным золотым галуном, свисающим с рукавов, остановил коня. — Как дела? — Наклонившись с коня, он плюнул на землю. — Не далее чем год назад мы ехали в ту сторону, а теперь, мать его так, не став ни на медяк богаче, возвращаемся обратно. Эти парни по горло сыты Дальней Страной. Мы возвращаемся в Старикленд. Хотите совета? Делайте то же самое.
— Что, никакого золота? — спросила Шай.
— Возможно, девочка, какое-то и есть, но я не спешу умереть ради него.
— Ничто не дается с легкостью, — заметил Свит. — Опасность есть всегда.
— Я смеялся над опасностями, когда вышел в путь в прошлом году! — фыркнул мужчина. — Заметно, чтобы я сейчас смеялся? — Шай уж точно не замечала. — Криз погружен в кровавую войну, убийства каждую ночь, и в сражение ввязываются все новые и новые люди. Они больше не трудятся хоронить мертвецов как следует.
— Насколько я помню, им всегда больше нравилось откапывать, чем закапывать, — проговорил Свит.
— А стало еще хуже. Мы поднялись в Бикон, на холмы, чтобы найти себе работу. Местность кишела людьми, жаждущими того же.
— Бикон кишел? — удивился Свит. — Когда я там был прошлый раз, то не насчитал и трех палаток.
— Там сейчас целый город. Был, по крайней мере…
— Был?
— Мы оставались там день или два, а потом ушли в глухомань. Вернулись в город, проверив несколько ручьев и не найдя ничего, кроме стылой грязи. — Он замолчал, глядя в никуда. Один из его товарищей сдернул с головы шляпу с наполовину оторванными полями и внимательно изучал ее. Удивительно сочеталось каменное лицо и выступившие на глазах слезы.
— Ну, и? — потребовал Свит.
— Все исчезли. В лагере было двести человек или даже больше. Все исчезли, вы понимаете?
— Куда они подевались?
— Вот и мы, дьявол меня задери, задумались! И никакого желания присоединиться к ним не возникло! Заметь, там все опустело! Еда на столах, постиранные тряпки на веревке, а больше ничего. А на площадке мы нашли нарисованный Круг Дракона, шагов десять в поперечнике. — Мужчина дрожал. — К херам собачьим все это, как по мне!
— К херам, в преисподнюю! — согласился его сосед, водружая рваную шляпу обратно.
— Народ Дракона не видели много лет… — Свит казался слегка взволнованным, и это впервые на памяти Шай.
— Народ Дракона? — спросила она. — Кто это? Что-то вроде духолюдов?
— Вроде, — буркнула Кричащая Скала.
— Они живут на севере, — пояснил разведчик. — Высоко в горах. С ними лучше не шутить.
