— Скажешь, как будешь готов. Любой, как будет готов, пусть скажет. А пока у меня есть для вас работа. Оружие!
Все сразу же похватали секиры, копья, щиты. Люди засуетились, спеша занять место в строю. Красная Шапка встал, морщась и зажимая рукой расквашенный нос. Логен взглянул на него.
— Если считаешь, что это слишком, вспомни прежние времена. Ты бы сейчас потроха с земли собирал.
— Да, — буркнул Красная Шапка, утирая рот. — Ты прав.
Сплевывая кровь, он отправился к своим парням. Хочешь сказать про Логена Девятипалого — скажи, что у него талант обращать друзей во врагов.
— По-другому было никак? — спросил Ищейка.
Логен пожал плечами. Он не хотел бить Красную Шапку, однако теперь он предводитель. Доля несладкая, но ничего не попишешь: во время атаки вождь не должен терпеть сомнений других. Не должен, и все тут. Сначала сомнения, потом — нож в спину.
— Не видел другого выхода. Да вроде все на моем месте так поступали?
— Я думал, времена изменились.
— Ничто не меняется. Надо смотреть правде в глаза, Ищейка.
— Да, печально, что так.
Сожалений заслуживало многое, но Логен давно перестал пытаться хоть что-то исправить. Он достал меч Делателя и поднял его над головой.
— Вперед! Время доказать, что нам не насрать!
Он первым покинул рощу, остальные — за ним. Через открытое поле к стене Адуи. Утыканная круглыми башнями, она маячила впереди подобно серому горному склону. Тут и там среди сломанного и брошенного оружия валялись втоптанные копытами в землю трупы. Взглянешь на них, и боевой пыл остынет даже у бывалого карла. В основном, судя по цвету кожи, это были гурки.
— Держать строй! — крикнул Логен, обегая мертвые тела. — Строй держать!
Впереди он заметил барьер из заостренных кольев, на которых висел конский труп, а за кольями — людей. Лучников.
— Щиты вверх!
Засвистели стрелы. Одна попала в щит Трясучки, еще две вонзились в землю, чуть не ранив Логена в ноги. Рядом карл получил стрелу в грудь и упал.
Логен бежал вперед. Забор, покачиваясь, приближался. Приближался медленнее, чем ему хотелось бы. В прореху между двух кольев он заметил смуглого воина в сверкающем нагруднике и остроконечном шлеме с красным плюмажем. Размахивая саблей, тот что-то приказывал толпе других. Возможно, гуркхульский офицер. Хорошая цель для атаки. Ноги скользили на взрытой земле. Стрелы жужжали мимо — гурки даже не целились. Офицер выпучил глаза и, подняв саблю, неуклюже попятился.
Логен вильнул влево, и кривое гуркхульское лезвие вошло в землю. Он зарычал, раскрутил меч Делателя и ударил смуглого офицера по нагруднику, оставив глубокую вмятину в начищенной стали. Гурок согнулся пополам, не в силах вздохнуть, выронил саблю, и Логен добил его ударом по затылку. Офицер рухнул в грязь.
Он увидел других, но никто из них даже не шевельнулся. Больше всего эти оборванцы напоминали слабейших из трэлей, а не тех беспощадных выродков, которым так рвалась отомстить Ферро. Ощетинившись копьями, смуглые доходяги липли друг к дружке. Кто-то из них еще сжимал в руках лук с наложенной на тетиву стрелой. Если Логен бросится на них, то лучники скорее всего выстрелят… Логен успел в свое время словить парочку стрел. Больше ему не хотелось.
Он выпрямился во весь рост и зарычал. Как когда-то, когда несся вниз по склону холма, к Карлеону, когда у него были все десять пальцев, когда он на что-то надеялся. Он услышал, как рядом встал Ищейка и, подняв меч, тоже издал боевой клич. Трясучка остановился неподалеку и, колотя в щит секирой, взревел как бык. К ним присоединились остальные: Красная Шапка, Молчун и прочие…
Они выстроились в длинную цепочку, потрясая клинками и колотя оружием в щиты, визжали и вопили, словно демоны на пороге разверстых врат ада. Смуглые смотрели на них и тряслись, раззявив рты и округлив глаза. Логен подумал, что такого они прежде не видели.
Один гурок — скорее всего невольно — выронил копье. Может, у него сами собой разжались пальцы из-за крика и внешнего вида этих сумасшедших парней? Хотел он того или нет, однако вслед за ним побросали оружие остальные. Орать дальше смысла не было, и северяне смолкли. Две группы воинов уставились друг на друга через усеянную кольями и трупами полосу земли.
— Странно они сражаются, — пробормотал Трясучка.
Ищейка наклонился к Логену и тихо спросил:
— Что с ними делать-то?
— Не сторожить же.
— Угу, — сказал Молчун.
Логен пожевал губу и раскрутил над головой меч, судорожно пытаясь найти выход. И не нашел.
— Может, отпустить их?
Он мотнул головой в сторону севера и, когда гурки не шевельнулись, мотнул еще раз, указав для верности мечом направление. Гурки скукожились, забормотали что-то на своем языке. Стоило Логену поднять меч, как один из них хлопнулся в грязь.
— Да валите вон в ту сторону, — сказал Логен. — Мы вас не тронем. Валите… в ту… сторону!
Он еще раз ткнул мечом в направлении севера.
Наконец до одного из смуглых дошло. Он робко отделился от группы своих и пошел прочь, а осознав, что никто не станет его убивать, сорвался на бег. Вскоре и остальные последовали его примеру. Глядя им вслед, Ищейка пожал плечами.
— Что ж, удачи им.
